— Но вы ведь желаете сыграть свадьбу через три недели, верно?

Джейсон нахмурился:

— Мы поженимся через три недели.

— Очень хорошо, — все так же ровно произнесла Ленор. — В этом случае предлагаю помочь мне разобраться в семейных связях. И в друзьях в светском обществе. Кое-кого я знаю, но далеко не всех. Необходимо, чтобы вы помогли мне определить тех, с кем вы желаете, чтобы я познакомилась, и наоборот.

Эти осторожные слова напомнили Джейсону, что она действительно знает некоторых его «друзей», которых незачем поощрять. Кроме того, были и другие, которые могли навязаться в нежелательные знакомые.

Ленор нахмурилась, обдумывая стоящую перед ней задачу:

— Думаю, мне надо подготовить список гостей. Это возможно?

Джейсон внезапно испытал озноб.

— В общем-то он уже готов, — сказал он.

Ответом было молчание. Обдумывая аргументы в свою защиту — в конце концов, у них всего три недели, — он тем не менее отлично понимал, что у нее есть причины сердиться.

— О? — произнесла Ленор без малейших признаков гнева.

Джейсон быстро посмотрел на нее. Но не смог разглядеть в спокойном взгляде раздражения. Чего, разумеется, быть не могло.

Его потрясло, что она закрылась от него, спрятала чувства и он не может с этим ничего поделать. Он резко отвернулся, сосредоточившись на дороге.

— Сначала свой список представил ваш отец. Джек и ваша тетя его дополнили, а я целиком продиктовал его секретарю.

И снова наступило болезненно-напряженное молчание.

— Не будете ли вы любезны попросить вашего секретаря, кажется, его зовут Комптон, сделать мне копию?

— Завтра я заеду за вами еще до бала и привезу копию списка. Мы съездим на прогулку и обсудим приглашенных. — Джейсон чувствовал, что говорит отрывисто, на грани самообладания.

Не то чтобы он имел право на нее сердиться, но она вела себя с ним, как ледяной айсберг, холодно и чрезвычайно спокойно. Она имела полное право устроить сцену и требовать извинений за его высокомерную деспотичность. Но вместо этого она повела себя так, словно его проступок не имеет значения, он сам не понимал, почему это так вывело его из равновесия.

Ленор с безмятежной улыбкой смотрела на проезжающие мимо кареты и мысленно благодарила судьбу за свое мастерство светского лицедейства, которое много лет оттачивала до совершенства.

Парк — не лучшее место ввязываться в горячий спор. Хотя она и позже не собиралась обсуждать с будущим мужем его оплошность. Он очень логично и убедительно доказал, что действует совершенно разумно, а она не желала терпеть поражение. Кроме того, существуют другие способы настоять на своем. Для ее уязвленной гордости его раздраженный тон явился бальзамом. Ей вспомнилось, как чувство вины превращало братьев в разозленных медведей. Эта мысль не могла не радовать.