Это слово подразумевает легкомысленные намерения. Мои же устремления, должен вам сообщить, всегда чрезвычайно серьезны.

— Тогда вы ошиблись домом, ваша светлость. Я всегда полагала, что приемы моих братьев целиком и полностью легкомысленны.

С нее достаточно. Если он собирается оттачивать на ней свое остроумие, то зря. В эту игру можно играть и вдвоем.

— Я уже вижу, — ответил Джейсон, и его губы тронула улыбка.

Он снова двинулся вперед, Ленор ничего не оставалось, как пойти рядом.

— Значит, вы считаете, что этот прием — ода легкомыслию?

Ленор широко раскрыла глаза и обвела жестом толпу.

— Милорд, вы ведь раньше уже здесь бывали.

Джейсон наклонил голову.

— Скажите мне кое-что, мисс Лестер. Ваше отношение к этим приемам несет в себе нотку презрения или даже осуждения, не так ли? Я прав?

Заметив его озадаченный взгляд, она тщательно подбирала слова:

— Я не вижу ничего дурного в погоне за удовольствиями моих братьев. Это никому не причиняет вреда, а им нравится.

— Но подобные развлечения не для вас?

— Фривольности едва ли в моем вкусе, ваша светлость, — с чувством заявила Ленор.

— А вы пробовали?

Она удивленно моргнула.

— С хорошим партнером даже фривольности могут оказаться довольно приятными.

— Неужели? Хотя вы, без сомнения, в этом настоящий эксперт, ваша светлость? — парировала она, сохраняя на лице невозмутимое выражение.

Джейсон рассмеялся, на его губах заиграла улыбка истинного ценителя.

— Тише, мисс Лестер. И у меня есть свои привычки.

Его улыбка почему-то ее согрела, и Ленор в ответ тоже улыбнулась. Но прежде чем успела это осознать, он заговорил снова:

— Скажите, неужели вам с вашей антипатией к фривольности нравится устраивать такие вечера? Или вы терпите это, считая своей обязанностью?

Как Ленор ни старалась, так и не сумела найти в вопросе подвоха. Она наклонила голову и задумалась.

— Думаю, мне скорее нравится, — в конце концов признала она. — Эти приемы так отличаются от нашей скучной каждодневной жизни.

— Но ведь вы тем не менее не принимаете участия в развлечениях братьев?

— Полагаю, мои интересы пролегают в куда более серьезном русле.

— Дорогая Ленор, разве вы не считаете погоню за удовольствиями серьезным делом? Как бы вы к ней ни относились.

Ленор резко остановилась, осознав, что Эверсли обратился к ней по имени. Она отступила, он не стал ей препятствовать, только его ладонь, что лежала поверх ее руки, сжала ей пальцы.

— Я никогда не говорила вам мое имя, ваша светлость, — возмутилась она, вкладывая в упрек столько силы, сколько позволяло внезапно пересохшее горло.

Джейсон поднял бровь и пристально посмотрел на нее:

— Разве нам нужна церемония представления?

— Определенно, — парировала Ленор. Поощрять Эверсли слишком опасно.