В конце концов, что он может сделать у всех на виду, посреди гостиной? Она подняла взгляд, посмотрела ему в глаза.

— Полагаю, мы сможем найти моего отца у камина, ваша светлость.

За эти слова она удостоилась очаровательной улыбки. Эверсли с пугающей легкостью провел ее сквозь толпу к большому камину. Отец Ленор сидел в инвалидном кресле, изуродованная подагрой нога покоилась на небольшом табурете.

— Папа. — Ленор склонилась и прикоснулась губами к морщинистой щеке отца.

Достопочтимый Арчибальд Лестер что-то проворчал.

— Наконец-то. Ты сегодня что-то припозднилась, а? Что такое? Какая-нибудь из вертихвосток домогалась Смитерса?

Привыкшая к резким замечаниям отца, Ленор заправила выбившийся уголок пледа, которым были покрыты его колени.

— Конечно нет, папа. Я просто задержалась.

От Джейсона не укрылось, что Лестер, завидев дочь, уже не спускал с нее подозрительного взгляда. Водянисто-голубые глаза старика быстро изучили лицо дочери, а затем вызывающе глянули из-под седых косматых бровей на герцога.

Боясь, что старик может рявкнуть вместо вежливого приветствия что-то неудобоваримое, Ленор поспешно заговорила:

— Отец, позволь представить тебе его светлость герцога Эверсли.

Взгляд Лестера даже не дрогнул. Напротив, стал еще напряженнее. С насмешливым блеском в глазах Джейсон отвесил старику изящный поклон и пожал протянутую руку.

— Кажется, в последние годы я вас здесь не встречал, — заметил Лестер. — Я хорошо знал вашего отца.

— Вы все больше на него похожи, причем, судя по тому, что я слышал, во всех отношениях.

Ленор изо всех сил постаралась сохранить бесстрастное выражение. Джейсон склонил голову:

— Мне об этом говорили.

Лестер медленно опустил голову. Казалось, на какое-то мгновение он потерялся в воспоминаниях. Но затем фыркнул и, подняв голову, оглядел запруженную гостями комнату.

— Помню, в какой-то год я был в Париже одновременно с вашим отцом. Веселенькие были деньки. Бурные полгода с французскими дамочками, а они-то уж знают, как разогреть мужскую кровь. — Он высокомерным жестом показал на толпу гостей. — Они не представляют. Вы, мальчики, даже не понимаете, что потеряли.

Джейсон не смог подавить ухмылку. Уголком глаза он видел, как Ленор слегка покраснела. Решил, что не в его интересах поощрять Лестера на более подробные воспоминания.

— К несчастью, Наполеон и его соратники с тех пор многое изменили, сэр.

— Проклятый выскочка! — Лестер задумался над недостатками императора, затем высказался: — Но война уже окончена. Неужели никогда не думали бросить вызов проливу, чтобы насладиться удовольствиями la bonne vie[2], а?

Джейсон улыбнулся:

— Боюсь, у меня определенно британские вкусы, сэр.