Подняла глаза и пристально посмотрела на племянника:

— Скажи-ка мне вот что. — Она подозрительно прищурилась. — Ты, случаем, по глупости не сказал Ленор, почему выбрал ее в жены? Об этих своих «причинах для брака»?

— Конечно, сказал.

— Боже милостивый! — с отвращением воскликнула Агата. — Клянусь всеми богами, Джейсон! Я думала, ты умнее. А на деле у тебя, оказывается, мозгов не больше, чем у младенца!

Джейсон напряженно застыл.

— Ничего толком не можешь! — продолжала бушевать Агата, пронзая его уничтожающим взглядом. — Неудивительно, что Ленор так зациклена на своей шараде, не считаясь, какой ценой ей это дается. Она думает, что таким образом тебе угождает, исполняет то, чего ты от нее ждешь. Брак по расчету. Нет! Брак по причинам.

Агата схватила муфту и строго посмотрела на непутевого племянника.

— Вот так, Эверсли! Хорошую же кашу ты заварил. Твоя жена подвергает опасности свое здоровье и здоровье твоего наследника только ради того, чтобы потешить твое самолюбие. Доказать, что ее принимают в высшем обществе. Надеюсь, ты удовлетворен. — Она с королевской осанкой поднялась. — Полагаю, теперь, когда я указала на твои ошибки, ты немедленно что-нибудь предпримешь для их исправления."

"Судя по всему, ее слова достигли цели, она редко имела удовольствие лицезреть племянника в столь уязвимом положении. Агата светски кивнула и отбыла, оставив Джейсона заниматься возложенной на него задачей. Она чувствовала полное удовлетворение от проделанной работы.

Оставшись в одиночестве, Джейсон попытался разобраться в ситуации. Весь мир словно перевернулся с ног на голову. К счастью, ошеломленное состояние долго не продлилось, его быстро вытеснили огромное облегчение и безрассудный восторг. Ленор по-прежнему принадлежала ему. Со странным смирением он поклялся себе, что никогда больше не будет воспринимать жену как должное. Чувствуя, что впервые за всю неделю наконец может вздохнуть спокойно, он решительно направился к двери.

Пора как следует поговорить с женой. Давно пора.

В это время Ленор только-только сумела выбраться из постели. Не подозревая о нависшей над ней опасности, погрузилась в свое привычное занятие после подъема, рассматривала розочки на ободке тазика, что стоял наготове на прикроватном столике. Она давно перестала бороться с тошнотой, которая накатывала, стоило лишь принять вертикальное положение и сделать пару шагов. Оставалось перетерпеть. Поэтому она сидела, вцепившись в тазик и ни о чем не думая, ждала, когда накатит очередной приступ.

Чувствуя, как слабеют ноги и начинают трястись коленки, она крепче схватилась за тазик и опустилась на покрытый ковром пол. Постаралась как-то отвлечься, когда ее начало выворачивать.

Сквозь притупленные ощущения до нее донесся щелчок замка.