Широко распахнув глаза, она неотрывно смотрела на разнообразные ожерелья, сережки, кулоны, кольца и броши. На черном атласе сияли и переливались в угасающих лучах солнца топазы, изумруды, жемчуга, хризолиты. Она медленно опустилась на табурет перед туалетным столиком, пальцы сами потянулись к драгоценностям. Ее драгоценностям. У нее никогда не было их так много, только жемчуга матери, все остальное хранилось для будущей жены Джека.

Касаясь пальцами хризолитово-жемчужного ожерелья, она подняла глаза и заморгала. Ей хотелось от всего сердца поблагодарить мужа, но она смогла только выговорить «О, Джейсон!» дрожащим голосом.

К счастью, он, казалось, сам понял, улыбнулся почти как в прежние времена и взял ожерелье.

— Примерь его.

Джейсон застегнул ожерелье у нее на шее. Ленор встала с табурета и отошла дальше от столика, посмотреться в зеркало. Джейсон отступил назад, но не слишком далеко. Смотрел поверх ее плеча в зеркало, как она трогает пальчиком изящные жемчужные подвески.

Ленор прерывисто вздохнула, посмотрела затуманенным взглядом и улыбнулась ему в зеркале:

— Они изумительны. Не знаю, как вас благодарить.

Он заскользил взглядом к шее, словно рассматривая ожерелье. Потом сзади протянулась его рука и ласково прошлась по обрамляющей шею пряди, а затем и по чувствительной коже.

— Не стоит благодарности, дорогая. Вы ведь как-никак моя жена.

Его голос звучал довольно легкомысленно, в отличие от выражения лица. Он опустил голову, явно намереваясь запечатлеть поцелуй на ее шейке, но Ленор внезапно запаниковала.

Обернулась и сболтнула первое, что пришло в голову:

— В любом случае это самый замечательный подарок, какой я когда-либо получала. Я от всей души благодарю вас.

Она не могла смотреть ему в глаза. Наступила тишина, потом он произнес:

— Я в восторге, что мой подарок снискал ваше одобрение, дорогая. — Его голос вновь звучал отстраненно, как за тысячу миль. — Теперь я вас оставляю. Уверен, вы желаете отдохнуть.

Джейсон ощущал себя как после удара под дых, но ему удалось сдвинуться с места. Уже взявшись за дверную ручку, он помедлил:

— У моей тетушки леди Экиштон сегодня вечером ожидается бал. Если вы не слишком устали, я думаю, было бы полезно там появиться.

— Да, конечно, — согласилась Ленор, отчаянно пытаясь загладить свой отказ. — Уверена, к тому времени я уже буду в полном порядке. — Потом неуверенно посмотрела на него, пытаясь прочесть в спускающихся сумерках, о чем он думает, и добавила: — Я с огромным удовольствием надену ваши драгоценности, Джейсон."

"— С нетерпением жду увидеть вас в них, — холодно ответил он и, светски кивнув, покинул комнату.

Ленор потрясенно опустилась на табурет перед туалетным столиком и прижала руку к губам.