И едва ли она сможет кому-нибудь объяснить, почему не хочет покидать надежные стены аббатства.

Уводя жену из библиотеки, Джейсон чувствовал извращенное удовольствие, что оттаскивает ее от книг. И осознание этого факта его буквально потрясло. Как он мог так низко пасть, даже при своей одержимости?

Смирившись с неизбежным отъездом, Ленор осознала, что у нее слишком много дел, чтобы тратить время на печальные размышления. Джейсон дал времени ровно столько, сколько могло хватить на сборы, кроме того, надо было еще отдать распоряжения по хозяйству и собирать вещи с Тренчер. Они отбыли в Лондон уже на следующий день после ланча.

Карета, наконец, загрохотала по лондонской мостовой. Ленор откинула голову на подголовник и вознесла краткую молитву Господу. Она больше не могла терпеть это раскачивание из стороны в сторону. Раньше так никогда не страдала в дороге и подозревала, что причины лежат на поверхности. Это случалось со многими беременными женщинами. Во всяком случае, она об этом читала.

Путешествие прошло практически без эксцессов. До Солсбери они добрались достаточно быстро, и она чувствовала себя вполне прилично, карета шла ровно по свободной дороге. Они переночевали у епископа — дяди Джейсона, позавтракали и снова пустились в путь. Завтрак оказался ошибкой. К счастью, Джейсон большую часть пути проскакал верхом. Он взял своего любимого гунтера, как предположила Ленор, чтобы, никуда не заезжая, удалиться в свой охотничий домик в Лестершире. В ноябре, когда малый сезон закончится, она вернется в аббатство. Он предпочел путешествовать верхом, убивая сразу двух зайцев: на козлах осталось свободное место для грума, а у Ленор появилась возможность посадить с собой Тренчер. Горничная оказалась настоящим кладезем сведений о беременности и родах.

— Миледи, у меня на троих сестер шестеро племянников. Не переживайте. Это недолго продлится. Не думайте о тошноте, подумайте о чем-нибудь приятном.

Ленор подумала о Джейсоне и о тех часах, что они провели в ее постели в аббатстве. И о том, что это привело к текущему затруднительному положению. Ее мысли закономерно вернулись к бунтующему желудку.

К тому времени, когда Джейсон занял место Тренчер в карете, она чувствовала себя значительно лучше. Они уже достигли лондонских предместьев. Муж вел себя неизменно заботливо, но в высшей степени отстранение. Ленор не желала чем бы то ни было привлекать к себе его внимание, дабы не видеть этого отношения, и ничего не сказала о недомогании.

Однако медленное, покачивающее продвижение по запруженным столичным улицам оказалось настоящим испытанием.

— Мы приехали. — Джейсон выпрямился на сиденье.

Карета, качнувшись, остановилась, и он потянулся к дверце. Выбравшись на мостовую, он обернулся и протянул жене руку.