Она сидела впереди и, поскольку ей трудно было оставаться неподвижной, крутила ручку-сканер. — Эй, Питер, у тебя что-то с настройкой. На третьем канале ничего не слышно. Это ведь третий участок, да?

— А что, черт возьми, я, по-твоему, должен слышать, если мы возле Уильямсберга? Я же не патрульный какой-нибудь!

— Нет, конечно, но если хочешь, могу настроить тебя и на патрульную службу.

— Да уж, можешь. Ты меня и с каким-нибудь шаттлом связать можешь, — раздраженно бросил Марино.

— Если получится, — вмешалась я, — то с шаттлом соедини меня.

6"

"В Ричмонд мы приехали в половине третьего.

Снега здесь, что типично для этой части Вирджинии, не было, но обычный дождь ночью стал ледяным, и вода теперь обильно стекала с мокрых деревьев. Стало заметно теплее.

Мой каменный дом стоял на некотором удалении от улицы, на утесе, с которого открывался вид на скалистый изгиб реки Джеймс. Уютный зеленый участок окружала кованая ограда, служившая надежной защитой от вездесущих мальчишек. Я не знала ни соседей справа, ни соседей слева, и менять что-либо в своих отношениях с ближайшим окружением не имела ни малейшего желания.

Впервые в жизни принимая решение обзавестись собственным домом, я не ожидала никаких проблем, но в результате столкнулась с тем, что буквально все подверглось уничтожающей критике: и шиферная крыша, и клинкерный кирпич, и цвет входной двери. В конце концов, когда уставший выслушивать претензии соседей подрядчик стал звонить мне на работу, я пригрозила «Соседской ассоциации» судебным иском.

Не стоит и говорить, что приглашений на вечеринки после такого демарша больше не последовало.

— Уверена, соседи будут «счастливы», когда увидят, что ты снова дома, — сухо заметила моя племянница, когда мы вышли из машины.

— Думаю, они уже не обращают на меня внимания. — Я достала из сумочки ключи.

— Чушь, — фыркнул Марино. — Из всех, кто здесь живет, ты — единственная, кто бывает на местах преступлений и режет трупы. Когда ты дома, они, наверно, от окон не отходят. Да и охранники, может, обзванивают всех и предупреждают, что ты вернулась.

— Большое спасибо. — Я открыла дверь.

Дом тут же наполнился звоном; сигнализация громко верещала, требуя поскорее нажать на нужные кнопки. Я, как всегда, огляделась. Как ни странно, но дом до сих пор оставался для меня чужим. Я постоянно чего-то боялась: что потечет крыша, что начнет осыпаться штукатурка, что откажет какая-то система, а когда все было в порядке, несказанно радовалась своему счастью. Дом был двухуровневый и очень открытый, окна располагались таким образом, чтобы ловить каждый фотон света.