— Думаешь, утопили? — быстро спросил он.

— В данный момент я ничего такого не думаю. Но, конечно, проверю эту версию.

— И как узнаешь, что он не сам утонул?

Случаи, когда человека убивают с помощью утопления, встречаются нечасто, так что интерес Марино был мне понятен. Он всегда старался вникнуть во все мои дела.

— Ну, вообще-то, способов много, — заговорила я, не прекращая работать. — У меня уже есть подкожный карман со стороны груди, и я наполнила его водой и ввела скальпель в грудную полость, чтобы проверить наличие в ней пузырьков воздуха. Теперь собираюсь заполнить водой сердечную сумку и ввести в сердце иглу, опять-таки для того, чтобы проследить, не станут ли выделяться пузырьки воздуха.

Потом проверю головной мозг на наличие точечных кровоизлияний и осмотрю мягкие ткани средостения для определения наличия альвеолярного воздуха.

— И что же все это может показать?

— Возможно, пневмоторакс или воздушную эмболию. Они могут возникнуть даже на глубине менее пятнадцати метров, если ныряльщик неправильно дышит. Это происходит из-за избыточного давления в легких, которое приводит к маленьким разрывам альвеолярных стенок.

Это вызывает кровоизлияния и утечку воздуха в одну или обе плевральные полости.

— А это, как я понимаю, может убить, — подытожил он.

— Да. С очень большой долей вероятности.

— А как насчет слишком быстрого всплытия и погружения?

Он перешел на другую сторону стола, чтобы удобнее было наблюдать.

— Изменение давления, или баротравма, связанная с погружением или подъемом, не слишком вероятна на той глубине, где ему приходилось нырять. И, как видишь, ткани не рыхлые, как можно было бы ожидать в случае баротравмы.

Не хочешь надеть халат?

— Чтобы я стал похож на какого-нибудь Терминекса?[12] — спросил Марино, поглядывая в сторону Роша.

— Смотрите не подхватите там СПИД, — вяло откликнулся тот из своего дальнего угла.

Марино надел фартук и перчатки, а я тем временем начала объяснять, что необходимо принять во внимание в качестве аргументов, чтобы исключить смерть от декомпрессии, кессонной болезни или утопления. Как раз в тот момент, когда я стала вводить иглу в трахею, чтобы взять образец воздуха на цианид, Рошу захотелось выйти. Хрустя бумажным пакетом для вещдоков, детектив торопливо прошел через комнату.

— Значит, мы ничего толком не узнаем, пока не будет результатов теста, — бросил он уже из дверей.

— Именно так. В данный момент причина и способ причинения смерти еще не определены. — Я остановилась и взглянула на него. — Вы получите копию моего отчета, как только все будет готово. И, прежде чем уйдете, я хотела бы осмотреть его личные вещи.

Он не спешил подходить ближе, ведь мои руки были испачканы кровью.

— Ты не против? — обратилась я к Марино.