В отдельном помещении с толстыми бетонными стенами хранились пятидесятигаллоновые канистры с жидким азотом, германиевые детекторы, усилители и свинцовые слитки.

Сам процесс идентификации моего образца оказался на удивление прост. Надев лабораторный халат и перчатки — никакого защитного костюма, — доктор Мэтьюз поместил клейкую пленку в пробирку, пробирку — в алюминиевый контейнер с кристаллом германия, а контейнер обложил со всех сторон свинцовыми слитками для защиты образца от фонового излучения."

"После простой компьютерной команды процесс активизировался, после чего счетчик на контейнере начал измерять радиоактивность.

Наблюдать за этим было довольно странно — я привыкла иметь дело со сложными инструментами вроде сканирующего электронного микроскопа и газового хроматографа. Детектор же напоминал какой-то бесформенный свинцовый домик, охлаждаемый жидким азотом и определенно не отягощенный даже примитивным «разумом».

— Ну вот, — сказала я. — Вам нужно лишь подписать акт.

— Процесс может занять час, а то и два. Сейчас трудно сказать более определенно.

Доктор Мэтьюз подписал бланк, и я отдала ему копию.

— Загляну к племяннице и вернусь к вам.

— Я вас провожу. Хотя бы для того, чтобы удостовериться, что вы случайно не нажали не ту кнопку. — Мы прошли мимо детектора, который пропустил нас беспрепятственно. — Как она? Перешла в МТИ?

— Люси обучалась там в интернатуре прошлой осенью. По робототехнике. А сейчас снова здесь и пробудет по меньшей мере еще месяц.

— Не знал. Это замечательно. Что изучает?

— Виртуальную реальность, так она сказала.

Мэтьюз недоуменно посмотрел на меня.

— Разве она не этим занималась, когда была здесь?

— Насколько я поняла, речь идет о более продвинутом уровне.

— Да, наверное. — Он улыбнулся. — Я был бы счастлив иметь хотя бы по одному такому студенту в каждой группе.

Люси была единственной студенткой непрофильного факультета, записавшейся ради собственного интереса на курс ядерно-физического проектирования.

Марино ждал меня у машины с сигаретой.

— Что дальше? — угрюмо спросил он.

— Думаю преподнести племяннице сюрприз — пригласить на ланч. Буду рада, если составишь нам компанию.

— Я только заскочу на заправку «Эксон».

Надо кое-кому позвонить.

12

Марино отвез меня к Ротонде — сиявшему в лучах солнца белоснежному зданию, спроектированному самим Томасом Джефферсоном.[35] Дорожка, выложенная потемневшими от времени кирпичами, пролегала под старыми деревьями, за которыми вытянулись двумя рядами корпуса общежитий под общим названием Лужайка.

Сам факт предоставления здесь места означал признание академических достижений студента, хотя некоторые считали такую честь довольно сомнительной.