И то только на полчаса.

- А…, - протянул тесть. – Я ему сказал, что ты не должен выделяться, и он понял слишком буквально.

- И как, скажите на милость, в таких условиях я могу что-то разузнать? Тем более – сделать? У меня руки дрожат, про ноги и спину вообще молчу! Чувствую себя так, будто мне сто лет. Даже сотовый держу с трудом! – продолжил возмущённо выговаривать Денис.

- Ладно, я понял, - оборвал его Вениамин. – Поговорю с прорабом и улажу этот вопрос. Теперь слушай сюда: горничная из соседнего дома скинула мне несколько фото. Лови – это она сняла сегодня утром и незадолго до заката.

Днём девка из дома не выходила. Ну или тётка просто её проморгала.

Телефон тихо пискнул, Денис проверил вложение.

- Да. Это Василиса, - подтвердил он, изучив снимок.

Хоть и издали, но нельзя не узнать эти рыжие волосы, очки, тонкую фигурку и растянутый кардиган, который так любила Уварова.

- Она по-прежнему там одна, бригада ещё не вернулась, - продолжил Ройсман. – Жаль, что сегодня не выйдет нанести ей визит, я надеялся обойтись одними сутками. Завтра прораб отправит тебя с поручением, пройдёшь мимо генеральского участка. Фото ворот и забора ты видел, узнаешь их.

Канистра с бензином спрятана со стороны дороги, в кустах у пролома в заборе. Днём ничего не трогай, просто запомни дорогу. Поставь будильник на четыре утра, но так, чтобы проснулся только ты, а не весь вагончик. Как действовать на участке, мы уже обсуждали, только не забудь заранее сделать жгут, чтобы на месте не терять на это время. Как только дом займётся, сразу уходи к дырке и притаись в кустах. Поднимется суета, тихо вернись в вагончик и сиди там, не отсвечивай. Утром прораб тайно вывезет тебя из посёлка. Я буду вас ждать за поворотом на трассу.

Выслушав указания, Денис уронил телефон на матрас и прикрыл глаза.

«Скорее бы всё закончилось! Дура Васька, дура! Могла бы жить и жить, но нет, гордость взыграла. Подумаешь, не единственная? Их, единственных, в природе не существует – все мужики гуляют, и это нормально! Идеалистка чёртова!»

И незаметно для себя он провалился в сон.

Утро наступило как-то быстро и облегчения не принесло. Перетруженное с непривычки тело ныло и ломило. Болели даже те мышцы, о существовании которых Денис до этого и не подозревал.

Вагончик уже проснулся. Собратья по несчастью, в смысле, строители, покидали спальные места, надевали рабочую одежду и постепенно перетекали на улицу.

Кряхтя, как старик, Видов с трудом принял вертикальное положение и замер, прислушиваясь к организму.

Организм слёзно молил положить его обратно…

- Эй, ты сегодня не работаешь, - бросил Денису прораб. – Ложись спать, совсем нежный, как духтарак*.

И добавил что-то на своём, обращаясь уже к остальным работникам. Те ускорились, и через минуту вагончик опустел.