И не мог поверить своим глазам – она же чертит по памяти?! Две трёшки, две двушки и… Боже, она отдельно вырисовывает изюминку главного здания – пятикомнатные апартаменты с изящными эркерами и нестандартным расположением!?

- Достаточно или вам вместе с расчётами? Я могу, как и выписать подетально, но на это потребуется больше времени.

- Подождите, - выдохнул строитель, подтаскивая ноутбук к себе поближе.

Пощёлкал мышкой, открывая файл за файлом, пока не нашёл схему четвёртого этажа второго подъезда главного корпуса. А потом и апартаменты. И принялся сравнивать с тем, что успела изобразить Василиса, мать его, Марковна.

И быстро нашёл пару расхождений, причём, именно в апартаментах.

Чертёж Уваровой, хоть и незаконченный, выглядел более реальным и завершённым.

- Как вы это сделали? – с трудом оторвавшись от ноута, выдохнул Латынин. – Почему он не сумел?!

Ответить она не успела.

- Потому что Василиса Марковна – автор этого проекта, - произнёс материализовавшийся в комнате Циленко. – Она работала над ним больше, чем полгода, а Денис Видов вместе с Анжеликой Ройсман присвоили себе проект. Как думаете, почему генерал Аверин приставил к ней охрану?

Латынин сглотнул, не решаясь высказать предположение.

- Да, всё верно – потому что Видову и Ройсману живая Уварова больше не нужна. Она – прямое доказательство их нечистоплотности.

- Дурдом какой-то, - почти простонал Николай. – О чём они думали?!

- Она – сирота, - Циленко кивнул на Васю. – У неё никого, кроме Дениса Викторовича не было. Поэтому они решили, что девочка будет молчать, а если решится заявить о себе, то слово никому не известной девушки против слова академика и ведущего архитектора АртМир.

Кому поверят, мм?

- Я отдал за «Грани» …десят миллионов! – вздохнул Латынин. – Нет, проект стоит этих денег, но выходит, настоящий автор не получил ни копейки?! А я не получил актуальную документацию…

- Я отдам вам правильные чертежи и верные расчёты, - отмерла Василиса. – Вы простите меня! Я не хотела вам вредить. Вам или любому другому, кто купил бы проект. Была несколько не в себе от предательства, и не нашла ничего лучше, чем испортить чертежи. Мне очень стыдно!

- Это не вам должно быть стыдно, а им, - мотнул головой Николай. – Тем, кто присвоил себе ваш труд.

Ну ничего, я не никому не известная двадцатилетняя сиротка, я молчать не стану! Видов вернёт мне всё до копейки, да и Ройсману мало не будет. Нет, ну надо же, какие прохиндеи?

И он повернулся к Василисе:

- Хорошо, что вы испортили проект, иначе бы этим ворам всё сошло с рук! Скажите, сколько дней вам понадобится, чтобы… восстановить все чертежи, всю документацию?

- Пять минут, - ответила девушка. – В Москве у меня лежат оригиналы – на бумаге. А их электронная версия хранится в облаке.