Первым только бензобак пробил, а вторая пуля, видимо, в каркас корпуса попала, и потому полетели искры. Короче, «Байрактар» загорелся и упал, вызвав взрыв своих сдетонировавших ракет. А мы прильнули к иллюминаторам, стали искать автомобиль управления дроном. Нашли его быстро и тоже уничтожили – командир экипажа его определил, он же ракету в него послал. Дальше двинулись к месту назначения. Вот только место для посадки вертолета пришлось долго искать. Но нашли. Не самое лучшее, но все же.

– А чем место тебе не понравилось? – проворчал подполковник.

– Слишком близко от дороги. А там разные машины ездят. Дорога может одинаково привести как в Тартус, так и в Латакию, и точно так же в Идлиб. И потому бандиты могут оказаться в любой из проходящих мимо машин.

– Резонное предположение, – заметил генерал. – И что дальше?

– Дальше мы с Андреем пошли осматривать дорогу, чтобы определить, можно ли на ней провести операцию. Экипаж оставили караулить вертолет. Задержались только рядом с двумя фурами. Именно в этот момент мы услышали выстрелы. Сначала автоматные, а потом уже ответные из скорострельной пушки – мы с Андреем побежали на помощь. На дорогу вышли сбоку, недалеко от машины. Два «бармалея» прятались за ней и стреляли, не жалея патронов, по вертолету, словно не понимали, что машина надежно бронирована. Двое других были убиты и лежали на дороге по другую сторону от машины. Как потом выяснилось, «бармалеи» ехали в Ливан на свадьбу одного из них, но, увидев вблизи российский вертолет и командира экипажа рядом с ним, не удержались, чтобы не атаковать. Командира экипажа уложили сразу. Однако уехать не смогли. Автоматическая пушка первой же очередью в клочья разнесла капот их «Ауди» вместе с двигателем и передним колесом и уложила двоих из нападавших. Подоспели мы с Андреем. Я убил жениха и прострелил ногу оставшемуся бандиту и двинулся к автомобилю одновременно с прапорщиком Андреем, который покинул вертолет вместе со старшим лейтенантом – вторым пилотом. Старший лейтенант попытался перевязать своего командира, но, убедившись, что тот мертв, бросил это занятие.

– А ты? – спросил подполковник Ягужинский.

– А я еще допросил «однорукого» «бармалея» перед тем, как бортмеханик его пристрелил, чтобы не мучился. Тот сам попросил его пристрелить. Но я не торопил события. Сначала допросил. Бандит неплохо говорил по-русски. Выходец с Северного Кавказа. Балкарец по национальности. Дома мать, отец, жена, трое детей…

– А этот откуда там взялся? – поинтересовался Спиридонов.

Я положил на карту перед Ягужинским документы балкарца и объяснил генералу:

– Я же сказал, что двое первых валялись перед машиной. Одному снарядом вертолетной пушки грудь разворотило, второму руку по самое плечо оторвало.