Хотя, скорее всего, это делали инженеры-операторы Василия Васильевича со своими ноутбуками. Именно они, думалось мне, брали на себя команду над дронами противника. Все как один дроны «бармалеев» сделали круг, развернулись и полетели в обратную сторону, быстро удаляясь, и я вскоре, даже с помощью бинокля, мог рассмотреть только отдельные точки. А простым глазом, без помощи тепловизора, не видел уже и их. Только время от времени наблюдал в темном небе отдельные вспышки. Я хотел было спросить, что они означают, но подполковник Ягужинский опередил меня, ответив на мой невысказанный вопрос сам:

– А вспышки… Это дроны таранят своих собратьев. Но то ли еще будет сейчас! Смотрим концерт до конца.

Над нами пролетели квадрокоптеры из автобуса. Сразу за нашим высоко расположенным окопом они стали снижаться и приземлялись на склон рядом со своими коробками, то есть каждый из этих «умников» прекрасно знал место, с которого он отправился в полет. Убедившись в этом, я хотел было отыскать в бинокль Василия Васильевича, но не успел – мое внимание привлекли слабые, а скорее, просто отдаленные взрывы, раздавшиеся у меня за спиной. Резко обернулся и снова поднес бинокль к глазам.

– Не переживай… – успокоил меня подполковник. – И не нервничай… Это «рои» дронов бомбят тех, кто их послал, – атакуют собственные джихадмобили. А часть вообще бомбит места собственного запуска. Василий Васильевич свое дело знает.

– Знаю… – с тяжелой одышкой констатировал внезапно оказавшийся у меня за спиной Василий Васильевич. Он только-только взобрался по склону и, ни слова не говоря, взял из рук Ягужинского его бинокль. – А ты что подумал, майор?

– Он ничего не подумал, товарищ генерал-лейтенант, – ответил за меня Ягужинский. – Он только на взрывы среагировал и лицом показал свое удивление вашими успехами.

– Да, – согласился Василий Васильевич, – удивляться есть чему. Я сам, признаюсь, не ожидал подобного успеха.

Так, получается, это он – тот самый генерал, которому звонил подполковник. И даже не просто генерал, а генерал-лейтенант. Впрочем, я давно уже знал, что многими российскими военными разработками руководят гражданские люди, носящие высокие воинские звания. Но я совсем недавно, со смехом, если не с издевкой, представлял себе Василия Васильевича идущим в атаку бойцом в нескольких бронежилетах, которые не в силах прикрыть его объемный живот. И это представление вызывало во мне внутреннюю улыбку. Однако теперь мне стало ясно, почему Василий Васильевич не участвовал в инциденте на дороге, когда мой взвод влез в ситуацию, ему не свойственную. Генерал-лейтенант просто не имел права рисковать своим грузом и оставлять его без присмотра.