Он сказал еще что-то на своем мелодичном языке, и я уже начал обдумывать знаки, которыми должен объяснить ракыб аввалю, что я его не понимаю, но тут, снова вовремя, ко мне со спины приблизился лейтенант Тахир Футракулов и предложил свои услуги переводчика. Он сам, еще до того, как я его попросил об этом, объяснил Салиму, что я арабский язык не знаю. А что Салим – это имя, я догадался сам, потому что командира сирийского взвода так называл Тахир. А он не из тех парней, кто будет звать уже знакомого человека по фамилии, присоединив к ней еще слово «господин» или «мистер». Я вообще давно заметил, что Тахир легко сходится с людьми и быстро становится их закадычным другом. Такой уж у человека характер.

Салим выдал очередную длиннющую фразу. Тахир молча выслушал и коротко перевел ее:

– Селим спрашивает господина майора, чем занимаются его солдаты?

– А ты сам не знаешь? Если в курсе, то доходчиво объясни ему.

Лейтенант кивнул и начал объяснять. Причем делал это долго и в подробностях, хотя непонятно было, для чего нужны эти подробности командиру сирийского пехотного взвода и в какой обстановке он сможет их использовать. Насколько я понимал ситуацию, его взвод был не снайперский, хотя один или даже пара снайперов в подчинении Салима Салеха могли и находиться. И оказался прав. Салех разродился новой пространной, почти восторженной фразой, а Тахир перевел:

– У него во взводе два снайпера с «Барреттами». Салех говорит, что надо их устроить поудобнее, чтобы проблем при стрельбе не возникло. А то в новые окопы все же садятся. Он побежал отдать команду.

Салех стремительно удалился, семеня коротковатыми ногами.

– Не знаешь, это сын шиитского священника или тот, у которого семья сгорела? – спросил я у Футракулова.

В ответ лейтенант только плечами пожал.

– Мне показалось, что Салех к русским относится с уважением… Даже с каким-то пиететом. Не как подполковник говорил, – произнес я.

– У меня это даже вызвало удивление, только я его не выказал, – объяснил Тахир.

– Тоже верно, – поддакнул я. – Нам с соседями по обороне ссориться ни к чему. Мало ли он что-то не так поймет… Кстати, вон и второй командир взвода к нам спешит. Его тоже лучше не обижать. Он и без того угрюмый.

Взвод ракыб авваля Салеха занимал левый склон высоты, и только в самом конце, у подошвы высоты, окопы загибались в сторону позиций «бармалеев». А на правом склоне высоты располагался другой взвод, мрачный командир которого подходил к нам.

Командир взвода подошел прямой, почти военной походкой. Без улыбки поздоровался с нами, бросил взгляд на мои погоны и представился на довольно сносном русском языке:

– Здравия желаю, товарищ майор. Разрешите представиться – мулязим авваль Джафар Азар. Будем добрыми соседями.