Завершив работу, молодой инженер остановился рядом с Василием Васильевичем, видимо, для того, чтобы доложить ему о результатах операции. Подошел для доклада и я. Мне довелось услышать почти весь доклад Андрея. Тот, в отличие от меня, не любил ярких рассказов о событиях и передавал информацию по-армейски коротко, только перечисляя факты. Я не удержался и начал поправлять Андрея, намеренно приподнимая его роль в происшедшем, на что генерал только довольно хмыкал, но меня не перебивал.

– Садись в вертолет, – отдал он приказ, когда Андрей закончил докладывать, и повернулся ко мне всей своей объемной фигурой. – Теперь готов и тебя выслушать…

– Но я, товарищ генерал, уже все сказал. И готов в письменном рапорте зафиксировать роль в операции инженера Андрея.

Генерал Спиридонов с каждым днем становился все более и более армейским человеком. Это стало чувствоваться даже по манере произнесения им самых простых фраз. И живот его на армейских харчах подтянулся.

– Ладно, рапорт ты будешь подполковнику Ягужинскому писать, копию мне предоставь. Жене покажу. Пусть за внука порадуется…

– Так инженер Андрей – ваш внук? – переспросил я.

– Внук. Старший. А теперь вот Господь и младшего прислал, – генерал кивнул в сторону вертолета, откуда слышался детский плач. – Надеюсь, ты не будешь возражать, если сегодняшнего малыша я себе заберу. Все документы по усыновлению старшая дочь оформит на себя. И ничего страшного, что он сириец. Я ему уже и имя подобрал. Михаилом назову."

"Все встало на свои законные места. Генерал словно бы косвенно признал, что погибший майор Михаил Васильевич Спиридонов его брат. Стало понятно и поведение Андрея, который не желал разговаривать с дедом о своем дяде. Только вот сам Михаил Васильевич так и не узнал, что разговаривает со своим племянником. Просто не успел… Погиб…

Эпилог

В Хмеймим мы вернулись без происшествий. Теперь летели в обратном порядке – первым по счету был вертолет команды генерала Спиридонова, мой же замыкал строй. На бетонированной вертолетной площадке аэродрома нас встретил подполковник Ягужинский. В стороне стояла и его машина. Ее я узнал по водителю, который наворачивал круги вокруг уазика, разминал ноги, как он сам выражался. Но вот подполковник не поспешил, как обычно, с нами в штаб, а готовился встретить и другие вертолеты.

– Два «Ночных охотника», от которых ты, майор, отказался… – начал было Ягужинский.

– Как так отказался? – переспросил Спиридонов, перебивая Ягужинского. – По какой такой причине?

– Я же, товарищ генерал, не думал, что засаду на взвод устроят под открытым небом. А в лесу и на дороге от вертолетов пользы мало. Вот и отказался. Предпочел беспилотник…

– Понял. Продолжай… – предложил генерал подполковнику.