Но мне правда нельзя к тебе в номер. За этим строго следят.

— Значит, завтра ты вся моя, — заявляет. — Бабушка уже осознала вину? Готова нянчиться с внуком или, все же, няня?

— Отвезем к маме. Уверена, она не станет приглашать Максима.

— Будем надеяться.

Оставлять сына с няней я пока не готова. К тому же, после последнего разговора с той няней, что была у Стаса, не уверена, что когда-либо вообще смогу нанять кого-то на работу, да и зачем, когда мне только в радость проводить время с сыном. Играть с ним в развивающие игры, гулять, готовить то, что он любит. В такие моменты, как сейчас, можно, конечно, оставить Даню на бабушку, но не на няню.

Думаю, после двухнедельного перерыва мама осознала, что виновата и с радостью посидит с внуком. Она звонила несколько раз, просила его привезти, но я была настроена скептически и отвечала, что пока не время.

Глава 44

— Бабушка так соскучилась! — причитает мама, стаскивая с Дани теплую шапку и расстегивая куртку. — Маленький мой, — целует его в щеку и жмет к себе.

Сын тоже доволен, радуется, что побудет у бабушки, и потому что она ему тут же вручает новые пазлы.

— Иди к дедушке, бабушка сейчас придет.

"

"Даня убегает, оставляя нас с мамой наедине. Стас остался в машине, сказав, что будет лучше, если мы поговорим одни. Так и правда куда лучше. Нам есть что друг другу сказать, но мы обе молчим, не зная с чего начать. Мама не права, но и я не лучше.

— Прости меня, Настя, — виновато говорит мама. — Я Максиму теперь даже не отвечаю, хотя он и звонит.

— Я не злюсь, мама, просто ты должна понимать, что Даня наш со Стасом сын, а Максим… он мой неудачный опыт.

— Вы так и не поговорили с ним?

— Не поговорили.

Это не мешает мне чувствовать себя виноватой.

Макс позволил себе повысить на меня голос и приказывать, но мы даже не объяснились. Я не сказала ему, что между нами все кончено, а просто прекратила общение, окунувшись с головой в новые отношения. Как в водоворот, что затягивает без шанса на спасение.

— Он все еще надеется, — сухо говорит мама. — Ждет тебя.

— Так вы разговариваете?

— Нет, — она качает головой. — Тогда еще говорил, но думаю сейчас ничего не изменилось. Вы бы поговорили, скажи ему, что любишь другого, он заслуживает это знать.

Почему-то я уверена, что Максим и так все знает, но чувство вины плотно прилипает ко мне, когда я выхожу из дома.

Даня в надежных руках, Леру через неделю должны выписать, у меня наладилось с работой. Остался только разговор с Максом, который я откладывала до тех пор, пока вовсе о нем не забыла.

— Прости меня, дочка, — мама подходит ближе и обнимает меня, крепко прижимая к себе. — Конечно, я хочу чтобы ты была счастлива и если ты чувствуешь, что Станислав тот самый, — она едва сдерживает слезы. — Пусть всё получится.