Вместо этого поднимается следом и останавливается в нескольких шагах, ожидая, когда я открою дверь. Пропустив ее внутрь, раздеваю Даню и включаю ему мультиики. Мама громко кашляет на кухне, напоминая о себе. Я и сама понимаю, что нам нужно поговорить, но с удовольствием отложила бы этот разговор как минимум на несколько дней.

Увы, такой возможности мама мне не предоставляет, поэтому я иду в кухню, как на казнь. Останавливаюсь в двери и молча наблюдаю за тем, как мама заламывает руки и нервничает.

— Мам?

Мама поворачивается ко мне и садится за стол, жестом показывая на противоположный.

— Садись, разговор будет длинным.

Я послушно сажусь, хотя сразу даю себе установку говорить все так, как есть на самом деле. Слушать нотации последнее, чего я хочу. У меня есть своя жизнь, и я вправе распоряжаться ею так, как хочу. Особенно после того, как я поняла, что кроме Стаса мне на самом деле никто и не нужен. Не сиди передо мной мама, я бы наверняка вела себя по-другому и давно выставила бы ее за дверь, но ведь она мне родная.

— Ты отдаешь себе отчет в том, что произошло?

— И что же? — решаю уточнить у матери, как именно она это видит.

— Ты уехала с семейного ужина с другим мужчиной, забрала сына и оставила своего парня с нами. Представляешь, как это выглядело со стороны?

— Если честно, мам, мне все равно.

Я задерживаю дыхание, ожидая бури, истерики, слез и манипуляции с ее стороны, но она молчит. Смотрит на меня как-то разочарованно и будто не верит, что перед глазами ее дочка, а не посторонний человек.

— Что с тобой случилось, Настя? Что он с тобой сделал? — раздавленно произносит она. — Я не узнаю тебя!

— Да, мама? — я встаю, не в силах больше сидеть на месте.

 — Не узнаешь? Может, присмотришься получше? Я все та же Настя, какой была неделю назад, и месяц, просто ты прицепила на меня свои, — подчеркиваю это слово, — идеалы. Я не люблю Максима и сказала тебе об этом, но ты решила пригласить его на семейный ужин. Что это было, мама?

Я жду, что она хотя бы что-то поймет из того, что я сказала, но нет. Она недовольно поджимает губы, шумно втягивает воздух и встает. Абсолютно не чувствует себя виноватой и на сто процентов знаешь, что поступила правильно, даже если тем самым разрушила надежду на нормальные отношения с парнем.

— Как ты смеешь обвинять во всем меня? Вы разве расстались с Максимом? Он позвонил мне, я упомянула о встрече, он сказал, что обязательно будет, вот и все. Если бы ты сказала ему, что вы больше не вместе, разве он приехал?

— У нас не было возможности поговорить, — оправдываюсь, хотя совсем необязательно, потому как мама все равно не поймет. У нее уже есть идеальный парень для ее дочери и никого другого она попросту не примет, будь он даже в десятки раз лучше.