— Как такого товарища посадили в камеру к сидельцу со стажем?

— В смысле? — почесал затылок Коля.

— В коромысле, — не удержался я. — В ИВС и СИЗО рассадка регламентирована: первоходов и не судимых с рецидивистами не мешают. Того, кто не отбывал, не сажают с теми, кто топтал зону. Это тебе не общежитие. Старший же опер, а таких элементарных вещей не знаешь?

— Вместе посадили? Может… ну… перепутали? — неуверенно протянул он.

— Перепутали? — хмыкнул я. — Прокуратура каждый день контроль ведёт. Помощник прокурора лично журнал визирует — за каждым распределением. За такие «ошибки» головы летят. Нет, Коль, это не мелочь и не путаница. Это — «спецом». Целенаправленно его туда подсадили.

Шульгин поёжился, потом скривился, но пока молчал. Похоже, до него стало доходить.

— А вот тебе и третья нестыковка, — продолжил я. — Задержали Савченко по статье, а уже сегодня — дело прекратили и выпускают. Мигом. Оперативненько, а?

— Ща, — пробормотал мажор, порывшись на столе в кипе бумаг. — Вот, дежурная сводка за вчерашние сутки… — он пролистал, нашёл нужное. — Вчера. Угроза убийством, статья 119 УК. Потерпевший — официант ресторана.

— И всё? — уточнил я.

— Ну да… задержали. Возбудили по заявлению. Потом отпустили — примирение сторон, как я понял.

— Примирение сторон… — пробормотал я и усмехнулся. — За ночь примирились."

"Коля на это ничего не ответил. Только прикусил губу и снова уставился в монитор. Всё было слишком гладко. А значит — кто-то эту гладкость организовал.

— И вот смотри, угроза, говоришь… — я поводил пальцем по строкам сводки. — А по описанию здесь, по фабуле, — чистой воды хулиганка. Не просто личный конфликт. Общественный порядок нарушен. А это уже часть вторая двести тринадцатой. Такую за примирением сторон не прекращают. Закон не позволяет. Потому что преступление по квалификации не против личности, с которой помириться можно, а против общественного порядка.

Коля нахмурился.

— И как-то уж слишком быстро его выпустили, — добавил я. — Глянь движение материалов. Ты ж можешь, через комп?

Раньше всё в журналах было. Листал, искал, расписывался в нужной клеточке. А сейчас — электронный век, всё прозрачно, удобно.

Шульгин молча клацнул по клавишам, перешёл в другой сегмент базы, местный и не секретный.

— Вот, — буркнул он спустя буквально пару секунд. — Материалы по 119-й. Возбуждение — в дежурные сутки. Сегодня — прекращено за примирением сторон.

— Вот тебе, Коля, и четвёртая нестыковочка, — тихо произнёс я. — Когда он, мать твою, примириться-то успел? За ночь? С официантом, которому ножом угрожал?

— Ну… может, денег сунул, — предположил он.

— Ты дурак? — я даже не стал повышать голос. — Вопрос риторический. Подумай, Коля, включи голову. Ну? Всё сходится?

Он потупился, видно, перебирал в голове варианты.