Ко второму заходу всадники рассосредоточились, но по-прежнему были уязвимы. Однако теперь самолеты встречали «Шурхакены» бронетягов.

— Есть!

Один аэроплан задымил, повалился на левое крыло и врезался в склон.

— Первый!

Но налет продолжался. Взрывы не утихали, продолжали разворачивать людей и лошадей, продолжали месить королевскую армию. Окутался огнем следующий за головным бронетяг. Король вздрогнул, но через мгновение понял, что машина уцелела. Бомба снесла одну из кормовых башен и зенитный пулемет, но бронетяг остался на ходу. Однако он покинул строй, взял влево и тяжело вполз на железнодорожную насыпь.

— Куда его понесло? Он струсил? Полковник!

— Ричард молодец! — крикнул в ответ Роллинг. — Знает, что делает!

На холмах появились мятежники. Их пулеметный и ружейный огонь должен был довершить разгром драгун, однако выбравшийся на возвышение бронетяг прикрыл кавалеристов из пушки и пулеметов. А следом на насыпь взобрался еще один «Джабрас».

Второй подбитый аэроплан рухнул прямо на колонну, прокатился по земле и врезался в бронетяг, который невозмутимо переехал через горящие обломки.

— Отобьемся! — уверенно рассмеялся Роллинг. — Если ваш кузен не придумал ничего более сложного — отобьемся. Правда, я не знаю, зачем спасать такую армию.

Последняя фраза прозвучала оскорбительно, однако указывать наглому наемнику на недопустимость подобных высказываний Генрих не стал. Посмотрел, как мечутся под огнем перепуганные драгуны, посмотрел на паникующих солдат и не понимающих, что делать, офицеров. Посмотрел на свою армию, вздохнул и сказал:

— Это всё, что у меня есть. — Помолчал и поправился: — Всё, что было.

Огонь пришедший с неба!

Рев моторов и грохот бомб. Вопли умирающих, хрипы лошадей, их крики, крики людей, безжалостные пулеметные очереди…

Сверху! Сверху!! Сверху!!!

Алистер мечтал об одном: чтобы всё это закончилось. Но ЭТО, мать его спорки, и не думало заканчиваться. Оно только усиливалось. Оно снова и снова свистело бомбами и пулями, било, обжигало, выворачивало наизнанку и яростно шептало: «Беги!»

От разрывов понесли лошади, от пулеметных очередей — люди. Непривычные к воздушным налетам драгуны мгновенно превратились в паникующее стадо.

Кто-то рванул вперед, кто-то назад. Мешая друг другу, ругаясь, толкаясь, пинаясь и… умирая. В сутолоке слетали с лошадей и выли под копытами. Рыдали, посеченные осколками или словив пулеметную пулю. Требовали помощь, врача, кого-нибудь, кто может ЭТО остановить. Пытались укрыться за бронетягами, пытались умчаться…

«Беги!»"

"Этот шепот слышал каждый королевский драгун, а не только нахлестывающий ополоумевшего жеребца Алистер.

Штаб кавалерийского корпуса перестал существовать.