Она отвыкла на нее полагаться, и потребуется время, чтобы она вспомнила, чтобы вновь обрела под ногами твердую почву.

Талила скользнула взглядом по реке и заметила участок, где вода становилась спокойнее. Туда и направила свои усилия. Когда она приблизилась к берегу, почувствовала под ногами камни. Вдохнув полной грудью, она оттолкнулась ногами от дна, сделав последний рывок руками, и с усилием поднялась на землю. Перекатившись на спину, Талила уставилась на темнеющее небо над головой.

Она была насквозь мокрой, замерзшей и совершенно измотанной.

Не было сил двигаться, не было сил даже думать. Медленно Талила поднесла к лицу ладонь и чуть сощурила глаза, и едва не разрыдалась, когда по пальцам побежали искры.

Огонь действительно к ней вернулся.

Кое-как она заставила себя подняться на ноги и, пошатываясь, побрела дальше вдоль берега. Ей все казалось, что погоня уже дышит ей в спину, хотя что-то глубоко внутри нее не верило, что Мамору отправит по ее следу людей.

Не после того, как сам велел ей бежать.

Разум Талилы отказывался верить. Как и сердце.

Но у нее была ее память, и она помнила, как он сказал: уходи. Я не смогу тебя защитить.

Ее навязанный Императором муж. Человек, который убил ее отца. Человек, которого она ненавидела...

Я не смогу тебя защитить.

Уходи.

Два раза не умирать."

"Талила на ходу потрясла головой, и длинные мокрые пряди взметались, легли в беспорядке на плечи и грудь. Она думала, что сердце уже отболело свое. Что давно было сожжено дотла, сожжено в огне ее ненависти и злости, и теперь в груди остался лишь горький пепел.

..

Но нет.

Сейчас оно болело сильнее, чем когда-либо. Даже сильнее, чем в минуту, когда Клятвопреступник убил ее отца.

Она стиснула зубы и почти побежала, надеясь, что это выбьет из головы дурные мысли и переживания. Воздуха в легких стало не хватать, и Талила жадно глотнула. Спустя несколько мучительных минут она вновь перешла на шаг, когда ноги начали заплетаться.

На берег опустились сумерки, и солнце почти зашло за горизонт. Ей нужно было подумать о безопасном месте для ночлега. И еще о том, что она будет делать дальше, но уже утром.

Потому что прямо сейчас сил на это у Талилы не осталось. Она решилась вновь пустить по пальцам искры, опасаясь зажигать огонь, который в темноте было бы видно издалека.

Теперь она смогла бы противостоять любому врагу, но она не хотела, чтобы ее нашли.

Она не хотела никого убивать и потому, зайдя в высокие, раскидистые кусты у берега, она так и не решилась разжечь костер и кое-как посушила одежду жалкими крохами магии. Талила была довольна и этим.