Уверен, – я достаточно хорошо ее знаю, – что вопрос, сидит ли отец на наркоте, ей в голову не приходил; она никогда не поймет, что я имел в виду.

– Ты на меня злишься? – робко спрашивает она.

Я знаю, она ждет, что я внезапно взорвусь. Но я нарочно избегаю разговора.

– Нет.

– Точно?

Она смотрит на меня своими большими красивыми глазами, словно просит, чтобы я что-то рассказал. Взгляд достигает цели.

– Нет, не точно. Не знаю. Я действительно сержусь, но не хочу с тобой ругаться. Я пытаюсь меняться, ты же знаешь. Держать свое дерьмо при себе и не срываться из-за каждого пустяка. – Я вздыхаю и потираю затылок. – Даже если это не пустяки. Я говорил тебе, и не раз, чтобы ты не встречалась с Зедом, но ты не послушалась. – Я холодно смотрю на нее – не потому что зол, а чтобы увидеть ее реакцию, и добавляю: – Как бы ты себя вела, если бы я так поступил?

Она на глазах бледнеет.

– Я чувствовала бы себя ужасно. Я знаю, что была не права, встретившись с ним, – покорно признает она.

Этого я не ожидал. Я ждал, что она, как всегда, разорется и станет заступаться за этого говнюка Зеда.

– Да, но это, должно быть, так. Я сделал все, что мог, чтобы держать его подальше от тебя, но он не останавливается. Значит, ты сама должна держать его подальше.

– Так и будет, клянусь. Я больше не буду с ним видеться.

Она смотрит на меня, и я вздрагиваю при мысли, что, когда я ей звонил, она плакала из-за этой встречи.

– Мы не поедем в субботу на вечеринку, – заявляю я, и ее лицо выражает изумление.

– Почему?

– Потому что я не думаю, что это хорошая идея. – На самом деле я так не считаю.

– Я хочу пойти. – Ее полные губы сжимаются в ниточку.

– Мы не пойдем, – повторяю я.

Она выпрямляется и откидывается назад.

– Если я хочу пойти, я пойду.

Вот упрямая коза!

– Может, обсудим это потом? У нас еще туева хуча дел, если ты хочешь, чтобы я поехал на этот идиотский катер.

Она игриво улыбается:

– А еще больше ругательств ты в это предложение вставить не смог?

Я улыбаюсь, и она очень нежно ложится мне на колени. Это так приятно: кладу руку поперек, потирая пальцами ее кожу, не очень жестко, ровно столько, чтобы заставить ее порозоветь…

– Хардин?

Всплывают все мои потаенные извращенные мысли, которые я отталкивал от себя… до этого момента. Расскажи я, о чем мечтаю, она бы загородилась от меня руками.

Глава 21

ТессаЯ вновь трясу его за руку.

– Хардин! Тебе пора вставать! Мы опоздаем.

Я уже собралась, оделась и загрузила сумки в машину; я дала ему поспать столько, сколько было возможно. Черт возьми, я же вчера успела собрать вещи, он не очень-то мне помогал.

– Не… опоздаем, – бормочет он.

– Пожалуйста, вставай! – Я тяну Хардина и толкаю. Боже, вот бы он был жаворонком, как я!

Он закрывает лицо подушкой, но я хватаю ее и бросаю на пол.