«Аделина, зачем тебе бегать, оформляя документы, для этого у тебя есть муж».

«Твоя подруга слегка развязна, и мне совсем не нравится компания, которую она пригласила на день рождения, я очень переживаю за тебя. Ты не должна туда ходить».

И всё в этом духе. И вот я скучная женщина-социопатка, загнанная в рамки «жены идеального мужа». Почти недееспособная, с опекуном-мужем, который старше меня на пятнадцать лет.

— Мама болеет, поэтому у меня к тебе просьба забрать Дюшу из сада, — настойчиво произношу, стоя на своем. Если я сейчас не отвоюю это право, то так и останусь до конца жизни тряпкой. Тарас должен понимать, что у меня есть свои желания.

— Андрея, — одергивает меня Тарас. — Мы, кажется, договорились, что наш сын уже не младенец и детские прозвища неуместны.

О боже! Закатываю глаза. Нашему сыну всего четыре года. И Дюшей я его называю только дома. Но даже в этой ситуации Тарас диктует свои правила. Встаю из-за стола, составляю грязную посуду в раковину.

— Так ты заберешь сына? — настаиваю я. Если мы не закроем этот вопрос сегодня, то он так и останется висеть в воздухе.

— Андрей, иди обувайся, — Тарас отсылает сына. На что тот довольно убегает, не желая доедать безвкусную кашу. — Аделина. Ну какие курсы фотографии? Зачем? Какой в этом смысл? — смотрит на меня, как на капризного ребенка.

— Потому что я так хочу, — стараюсь говорить уверенно. — Разве этого недостаточно?

Конечно, у меня много причин. Например, выбраться из удушливой заботы Тараса и хотя бы на пару часов уйти от рутины. Научиться профессионально фотографировать — всегда было моей мечтой, которая так и не сбылась.

— Ты увлекаешься теннисом и постоянно проводишь матчи. Я же не против твоего увлечения. Почему я не могу завести свое увлечение?

— Во-первых, я много раз настаивал на том, чтобы ты приобщилась к теннису.

— Ты прекрасно знаешь, что это не мое. Почему я должна даже хобби выбирать по твоей инициативе? — повышаю голос, начиная скандалить.

— Во-первых, сбавь тон! — Тарас поглядывает в сторону коридора. — Во-вторых, мое увлечение несет пользу. Я играю в неформальной обстановке с Михаилом Алексеевичем. И от этого мои дела на работе идут хорошо. Какая польза в твоем увлечении?

— Мое хорошее настроение, — фыркаю я.

— Хорошо. Что за курсы? — складывает руки на груди, начиная свой привычный допрос. Он постоянно меня контролирует, словно я не могу и шага ступить, не отступившись. — Где они проходят, кто их преподает?

— Здесь, недалеко, в студии «Аура». Хорошая студия, у преподавателя прекрасные отзывы и опыт. Всего два часа два раза в неделю. Что в этом плохого? — почти плачу от непонимания, почему нет. Почему я не могу позволить себе такую простую вещь?

— Ладно, — выдыхает Тарас. — Прости. Ты же знаешь, я переживаю за тебя.