— Вообще-то на психа он не похож, — успокоила Карина. — Он визитку свою дал, сказал, вы должны его помнить. Соловьев Александр, из питерского агентства наружной рекламы «На щите».

Марьянов на мгновение задумался, словно что-то вспоминая, потом медленно произнес:

— Помню, как же. Забудешь такое.

— А что такое это ваше «такое»? — насторожилась Карина.

— Что вы сразу подпрыгиваете, как шарик для пинг-понга? Все нормально, успокойтесь. Никаких… как вы там выражаетесь? Никаких заморочек. Просто я три месяца назад выступал в Питере на конференции «Коммуникации в условиях кризиса». Соловьев этот был одним из организаторов. Интересно, чего ему от меня надо? Тут его мобильный на визитке, позвоните, скажите, что минут через пятнадцать я спущусь.

— Хорошо, Родион Алексеевич. Потом можно идти домой?

— Не можно, а нужно. Вам надо много отдыхать. Потому что вы много работаете. И хорошо работаете, кстати! — словно удивляясь этому обстоятельству, сказал он. — Все успеваете, прямо как Фигаро.

— Я вошла во вкус, — призналась Карина, пряча смущение. Ей было приятно. От похвал Марьянова у нее всегда замирало сердце, как будто она взмывала ввысь на огромных качелях.

— Начальники отделов о вас хорошо отзываются, каждый готов взять вас к себе, — продолжал босс. — Видимо, придется уступить вас кому-нибудь. Хотя не хочется! Завтра отдам распоряжение в кадры, чтобы начали подыскивать нового секретаря. Конечно, достойная замена вряд ли найдется быстро. Сейчас конец июля. Начнете новую жизнь с первого сентября, вроде как в школу пойдете. А пока придется все же совмещать обязанности.

Если я вам еще не надоел, — коварно добавил Марьянов и посмотрел на собственную секретаршу с противной усмешкой.

Усмехался он потому, что был уверен: Карина к нему неровно дышит. Некоторые мелкие признаки на это указывали, хотя она скрывала свою симпатию изо всех сил.

* * *Спустившись вниз и войдя в бар, Марьянов сразу заметил за дальним столиком знакомую физиономию. Этого Александра Соловьева он в самом деле запомнил. И не столько потому, что тот действительно был одним из организаторов упомянутой им конференции, сколько из-за скандала, который приключился на банкете в день ее благополучного завершения.

Народу на банкете было много, тем для разговоров — еще больше. На втором часу дружеского общения с коллегами, прерываемого лишь для того, чтобы опрокинуть в себя новую порцию спиртного, у Родиона отчаянно заболела голова. Он уже хотел тихонько удрать к себе в номер, но тут увидел свою давнюю приятельницу Риту Гаршину. С Ритой они не виделись давно, хотя иногда перезванивались и поздравляли друг друга с праздниками. Известная в прошлом столичная журналистка, она несколько лет назад вышла замуж и переехала к мужу в Питер.