Черная фигура еще немного безмолвно помаячила перед автомобилем, затем открыла заднюю дверцу. Послышалось пыхтение и какие-то сдавленные звуки. И вдруг Карина услышала знакомый голос:

— Отпусти сейчас же! Развяжи меня! Что за шутки? И сними этот чулок с головы, я ведь тебя ни с кем не спутаю.

Это определенно был Савелий Триллер. Но кто же тогда этот черный? И откуда он взялся в машине?

Послышался смешок, и странный низкий голос, искаженный, видимо, тем самым чулком, надетым на голову, произнес:

— Этот чулок на всякий случай, от посторонних глаз. Ты тут ни при чем. Значит, бежать задумал?

— Не твое дело!

— Уже не мое? До сих пор все дела у нас были общие.

— До сих пор — да. Пока я не узнал, кто убийца. А как только выяснил, что это был «Черный поцелуй», сразу понял, чьих рук дело. Кроме тебя, никто не знал, что я сумел воспроизвести настойку древних сордов. Ты убийца! Бедная Ноночка и эта несчастная девочка, Лена, на твоей совести. Зачем тебе это потребовалось?

— Случайность. Чистая случайность. Умереть должен был Марьянов, но все пошло не так. Родион подобрался слишком близко, нам грозила серьезная опасность. Если бы все выплыло наружу, то…

— Я не хочу этого знать! Прекрати! Это все твоя жадность, твои корыстные устремления. Я говорил, что это тебя до добра не доведет. Ты нарушаешь гармонию Космоса и Всемирный разум…

— Савелий, заткнись, ты надоел мне со своими лекциями про космос и всемирный разум. Сам деньги гребешь лопатой, а другие что — мордой не вышли?

Карина, напряженно слушавшая этот диалог, не выдержала и прошептала:

— Вам не кажется, что это…

— Тихо, не спугни, — зашипел Родион. — Тут хоть три чулка надень, все равно не спутаешь. Пусть говорит.

Тем временем напряженный разговор продолжался.

— Так тебе же все время мало, ты не можешь довольствоваться тем, что есть.

— Хотелось большего, не скрою. Один раз и навсегда обеспечить себе достойную жизнь. И не зависеть ни от кого. Даже от тебя.

— Вот ты как! Значит, я был лишь средством?

— В некотором смысле — да. Ладно, мы заболтались. Мне еще домой возвращаться неизвестно на чем.

— Как это? Поехали на машине. Отвези меня на дачу, а дальше делай, что хочешь. В милицию я тебя не сдам, в память о прошлом. Но видеть тебя я не желаю!

— Так ты и не увидишь. Сейчас ты выпьешь много-много водки, сядешь за руль и свалишься в котлован вместе со своими ядами, травами и прочей гадостью.

— Зачем? Что ты делаешь?

— Я создаю себе алиби. Ты отравил женщин, потом раскаялся и решил бежать. Только вот напился и разбился насмерть. Ничего, нормальная версия для следствия.

— Так вот к чему сегодня делались намеки, что следователь уже завтра готов произвести обыск у меня на даче. Это была ловушка!

— Конечно. Я же знаю, ты пугливый.