Я лично контролировал все, поэтому в качестве подменной невесты в отборе приняла участие наша агент.

- Ммм, - в глаза принца мелькнуло понимание и даже нечто вроде восхищения.

Равинье чуть не подавился от ревности, однако же, проговорил ровным тоном:

- Настоящая Адель Понс в данный момент находится здесь. Я задержал ее до выяснения всех обстоятельств. Что касается отбора, Ваше Высочество, - шеф безопасности коротко поклонился. – По моему скромному мнению, поскольку произошла подмена, результаты испытаний следует считать недействительными. А сам отбор…

- Следует отменить и перенести лет, скажем, на десять, - перебил его принц.

Джаред теперь просто сиял, плечи расправились, драконий взгляд обрел истинную ясность и задор.

- Отличная работа, Равинье! – произнес он, направляясь к письменному столу.

Шеф безопасности скромно поклонился:

- Это мой долг, Ваше Высочество.

Тем временем принц черкнул пару строк и протянул ему:

- Вот вам мой секретный приказ, продолжайте работать в этом направлении. Что касается отбора, я надеюсь на вас. Вы знаете, что надо делать, - а сам подозрительно быстро рванул широкому балкону, на который выходили двери его спальни.

***

Шеф безопасности знал.

Не прошло и получаса, как все уже было доведено для всех в части касающейся. И при этом был соблюден режим полной секретности. Он смог нагнуть бюрократическую машину, что само по себе может приравниваться к подвигу. Сделал все в кратчайший срок.

И наконец, спустя полчаса смог вернуться к НЕЙ.

***

Все это время Люда сидела в подвале и гадала, что с ней теперь будет. Ибо это сильно смахивало на предварительное заключение. А дальше что? Суд? Депортация? Казнь? Полная неизвестность.

И вот открывается дверь…

Люда чуть не подпрыгнула от неожиданности, увидев Равинье. А тот сначала застыл, смерив ее каким-то горящим взглядом, а потом медленно подошел. Как палач к жертве. Она невольно сглотнула.

- Что со мной будет?

- С вами мадемуазель? – у него хищно дрогнули ноздри, глаза прищурились.

- Мне вынесут приговор? – спросила Люда, собираясь биться до конца. – Я требую, чтобы мне зачитали мои права.

- Непременно, - Равинье кивнул, продолжая надвигаться на нее. – Ты приговариваешься к бракосочетанию со мной! У тебя есть право любить и почитать меня до конца своих дней. И никаких купальников!

Притянул ее к себе и добавил слегка севшим голосом:

- Только в спальне. Каков будет твой ответ?

Поскольку он уже целовал ее основательно и с сознанием дела, оставалось только ответить:

- Да.

В конце концов, подумала Люда, вопрос с купальником можно решить и потом.

***

А на отборе тем временем происходило непонятное.

На дворец как будто внезапно упал полог безмолвия. Собственно, так оно и было. Почти.