Без обязательств, без долгих прелюдий и романтической чепухи, без отношений. Я просто устала из-за переезда и перевода, и хотела расслабиться.

Расслабилась. Но вместо облегчения получила неспокойную совесть.

Нельзя так. Неправильно.

Вдруг он влюбился? Что тогда делать?

В общем, решила, что честнее будет во всем признаться и поставить точку прямо сейчас. Пока наши недоотношения не зашли слишком далеко и не причинили бедолаге боль.

***

Моя новая группа стояла на третьем этаже возле одной из аудиторий. Кто-то разговаривал и смеялся, кто-то копался в телефоне, кто-то со скучающим видом прохаживался туда-сюда. Ну и что в них такого особенного? Группа как группа. Ничем от других не отличается."

"Захара я увидела издалека. Он стоял возле окна со своими приятелями. Темноволосый — Марк. Рыжий, конопатый — Игорь. Во рту пересохло, дыхание перехватило, и сердце громыхало, как ненормальное, пока я шли к ним, не отрывая взгляда от широкой спины. Не люблю я такие разговоры. Очень не люблю.

— Захар, привет! — подскочила к нему. — Нам надо поговорить.

Услышав мой голос, он замер, а потом медленно обернулся. От его взгляда в груди тревожно забилось сердце. На красивых губах не было приветливой улыбки. Ухмылка. Холодная, циничная. В серых глазах — бескрайний океан льда:

— Ну, привет, новенькая.

***

— Эммм…все в порядке? — спросила неуверенно я.

— У меня — да. У тебя — понятия не имею, — равнодушно ответил парень.

Я его не узнавала. Будто кто-то другой поселился в теле человека, который еще вчера казался очаровательным, внимательным и нежным.

— Что-то случилось? — я сделала еще одну попытку разобраться в происходящем.

Но Мерз в ответ лишь вскинул темную бровь и ухмыльнулся. У меня аж зубы заломило от нехороших предчувствий.

«Они сволочи, Ань. Сволочи», — весьма некстати в памяти всплыли слова Аллочки.

Я растеряно осмотрелась по сторонам. Большая часть группы была занята своими делами и не обращала на нас никакого внимания, но закадычные друзья Меранова, не скрываясь, наблюдали за нашим разговором.

Под их взглядами было ощущение, будто иду мимо стаи диких собак. Я подобралась и сиплым от волнения голосом произнесла:

— Захар, нам надо поговорить. Срочно.

— О чем?

— Это личное.

— Личное? — наигранно удивился. — У нас с тобой разве есть что-то личное?

— Захар….

Я была обескуражена, растеряна и не понимала, какая муха его укусила.

— Она, наверное, о том, что было вчера, — встрял Марк. — о том, как ты ее на столе…

Какого хера?!

— Это что? — кивнула в сторону Волшина.

— Ничего особенного, — Меранов пожал плечами.

— Ты обо всех своих похождениях ему рассказываешь?

— Нет. Только о тех, которые на спор.

— На спор?

Его слова, как обухом по голове.