Больше поводов увидеть Мартиника у меня не будет. Жаль, конечно, что моя влюбленность так бездарно заканчивается, но лучше уж так, чем собирать потом по кусочкам разбитое сердце, или еще хуже — втихаря растить бастарда. Противозачаточных-то никаких.

Оно мне надо? Нет.

Подбодрив себя таким образом, я наконец взглянула в зеркало. И остолбенела.

— Вот-вот, хоть бы оценила. — пробурчала недовольно Кармилла. Она очень не любила, когда к ее творчеству относились с пренебрежением.

— Охренеть. — вырвалось у меня.

Это еще мягко сказано!

Да меня за это платье местные кумушки на костре сожгут!

Полуприлегающий силуэт футляра обрисовывал все, что можно, и чуть-чуть, что нельзя. Платье начиналось от груди, все что выше, прикрывало многоярусное ожерелье из жемчуга. И впереди, и сзади. Вроде приличия соблюдены, руки по локоть в перчатках, платье в пол, но разрез сзади до колена открывал обнаженные лодыжки, а под слоями жемчуга нагло просвечивала кожа.

В тронный зал я шла походкой королевы.

Пусть знает, кого потерял.

В ожидании короля и объявления победительницы отбора церемониймейстер разрешил танцы.

Мою сестру подхватил в вальсе неизвестный мне молодой человек в мундире. Похоже, военный. Но точно не из Рухтов — те в ближайшее время из своей загородной резиденции вряд ли нос высунут.

Даже если высунут — кроме резиденции той у них больше ничего не осталось. Указом короля титул ландграфа перешёл старшему сыну, и то с испытательным сроком. Посмотрим, как они себя дальше вести будут. Пусть только глянут косо!

Ну, если Лизелла этого военного заинтересует — пусть заезжает, познакомимся. И потом, у сестры это же не последний бал. Пусть хоть каждый год с мачехой ездят, кавалеров перебирают.

Только без меня. Хватит с меня столицы.

Я, как и положено старой деве, подпирала колонну. Танцевать я все равно не умею, можно и не позориться. Двоих особо смелых, пригласивших меня на мазурку и полонез, я завернула сразу.

Натанцевалась уже.

Наконец, музыка стихла, оборвавшись торжественным аккордом. На возвышение в конце зала поднялся король, а следом за ним и принц.

Парадные белые мундиры на них смотрелись величественно и шикарно, как и положено. Но на Мартинике он все равно сидел лучше, с некоторым сожалением по несбывшейся мечте заметила я.

Церемониймейстер применил излюбленный приём по наведению тишины — бум-бум в пол жезлом. Хотя все и так почти не дышали.

— Этот отбор выдался нелегким. — прочувствованно начал он заготовленную речь. — Девушкам многое пришлось преодолеть и пережить. Они проявили незаурядную выдержку и мужество, ум и сообразительность.

Девицы дружно заалели маками.

— Но увы! Принц может выбрать себе только одну невесту.