Поэтому, если он будет обрывать нить, рядом должен быть другой Морок, который эту нить сразу подхватит.

Тишину комнаты нарушает только завывание ветра за окном да потрескивание свечей. Я устало тру лицо ладонью, пытаясь собраться с мыслями.

– Когда я осознал, что Морока мы не найдём и Аарон тебя не отпустит, я решил, что не остаётся другого выбора, кроме как вынудить его. Мне хотелось самому воткнуть в тебя меч, ударить в сердце, чтобы он не смог тебя восстановить. На самом деле, будь у него больше силы, не оживи он Анну, то Аарон смог бы вылечить даже твоё сердце и мозг. Ты была бы практически неуязвима. Но сейчас из-за его собственной слабости ты можешь достаточно легко умереть во второй раз.

Я рассеянно киваю, продолжая внимательно слушать.

– Получается, мне просто нужно повредить своё тело настолько, чтобы он не смог меня вылечить? И ему придётся меня отпустить?

Знаю, что я права, но Кристиан не отвечает. Он сжимает челюсти, понимая, что именно предлагает мне сделать. И ему это не нравится. Он сомневается, нервно трёт ладони. Я слабо улыбаюсь, зная, что он сожалеет, хотя улыбка – это последнее, что я должна была бы делать после таких новостей.

– Но я сама не могу себя убить, – тихо напоминаю я. – Самоубийство для Мар – страшный грех, как попытка избежать нашей судьбы и служения Богине. Говорят, что таких Морана не забирает, они отправляются в Тень."

"Я решительно поднимаюсь, вытаскивая свой длинный кинжал. Единственное оружие, которое я ношу в доме. Нас окружает хоть пока и малочисленная, но армия, однако ещё слишком свежи воспоминания о нападении на дворец, поэтому я не хочу вновь оказаться безоружной.

Останавливаюсь перед Кристианом в метре и протягиваю своё оружие рукоятью вперёд.

– Сделай это!

Он поднимает на меня такой ошарашенный и испуганный взгляд, что клинок в моих руках начинает подрагивать. Но я собираюсь с духом дрожь отступает.

– Ты сам сказал, что собирался. Сделай это, Кристиан. Воткни мне его в сердце, и Александр будет жить. Тебе действительно стоило сделать это ещё тогда.

Меня саму удивляет решительность и отстранённость в собственном голосе. Мне страшно. Действительно страшно. Но жизнь Александра важнее моей, тем более я уже мертва. Александр сделал для меня так много, и я ведь просила его больше ничем ради меня не жертвовать. Я сожалею лишь о том, что не смогу отплатить ему должным образом. Своим существованием я не только убиваю его, но и отнимаю брата у Северина, племянника у Кристиана и любимого друга и командира у Теней. Так много людей любят его, полагаются на него, ищут его поддержки и совета.