Муж и сын посмотрели на меня внимательно и с легким опасением.

– От Лазарчука, – добавила я.

Опасение во взглядах сделалось средней тяжести.

– Ну, что вы так смотрите? Это не настоящий череп, а всего лишь наглядное пособие. Я нашла его в яме на клумбе и позвонила полковнику. Череп забрали, выяснили, что он не часть тела, и вернули мне.

– А зачем тебе череп? – заинтересовался сын."

"– Мама назовет его Йориком и будет вести с ним умные разговоры, – ехидно предположил муж.

– Больше-то не с кем, – съязвила я в ответ. – Но ты не угадал, Йорика я верну по месту регистрации – в десятую школу.

 – И я повернула череп, демонстрируя инвентарный номер на его затылке.

– Не получится, – сказал Колян. – Десятой школы уже лет пятнадцать не существует. Она давно тридцать первая.

– Так это же наша, в тридцать первой Колюшка учился, – припомнила я.

Тут муж и сын с новым интересом посмотрели на череп и одновременно воскликнули:

– Да ладно? Неужели он?! – это Колюшка.

– Что, тот самый?! – это Колян.

Я поняла, что чего-то не знаю, и огорчилась: люблю быть в курсе всего.

– Ты не училась в нашей школе, – объяснил супруг, – иначе знала бы эту историю.

Ее передавали из уст в уста как народный фольклор. Давным-давно в десятой школе, которая потом стала тридцать первой, в актовом зале стоял мраморный бюст Ленина на довольно высокой подставке вроде полуколонны. Смотрелось это нелепо: огромная голова на тонкой ножке, – и, видно, чье-то чувство прекрасного не выдержало, оскорбилось. И вот однажды…

– Кто-то спер из кабинета биологии скелет и череп от него оторвал, а все остальное присобачил к бюсту Ленина! – перебил папу сын, торопясь закончить эпический сказ.

Я хихикнула, представив эту картину – венчающий набор костей бюст вождя.

– Да, смотрелось это, должно быть, очень забавно, такой гибрид скелета и Владимира Ильича. – Муж погрозил пальцем непочтительному потомку и кивнул мне. – Говорят, милиция сделала фото, но их никому не показывали. Кто успел увидеть своими глазами, те рассказывали остальным…

– Жаль, что в то время у школьников не было мобильников с камерами, – посетовал сын.

– Шикарная байка из склепа. – Я вернула Йорика Ильича в коробку.

– Почти из мавзолея, – сострил муж.

– А точной даты, когда это случилось, вы, конечно, не знаете?

– Откуда? – Колян пожал плечами. – Но я учился в восьмидесятые, и уже тогда эту историю рассказывали с зачином «Однажды, давным-давно…».

– А давайте чай пить? – вмешался сын. – С бутербродами, у нас еще колбаса есть и сыр…

– Смотрю, мечты о пицце и бургерах не развеялись без следа, – прокоментировала я, но газ зажгла и чайник на огонь поставила.

На другой день я пошла в школу, ныне тридцать первую, а когда-то десятую.