Если он станет одеваться, у нее есть шанс от него убежать, а вот если нет…"

"– Софи, - проговорил Бенедикт, - я практически вижу, как у вас из ушей идет пар. Бросьте ваши сложные математические расчеты и делайте то, что я вам сказал.

Нога у Софи машинально дернулась, а почему, Софи так и не поняла.

– Я жду, - подал голос Бенедикт.

Раздраженно вздохнув, Софи скрестила руки на груди, повернулась к Бенедикту спиной и уставилась на дупло в стволе дерева так пристально, словно от этого зависела ее жизнь, прислушиваясь к тому, что происходит у нее за спиной. А Бенедикт и не думал вести себя тихо, и Софи явственно представляла себе, что он делает в каждый момент.

Вот он выходит из воды, вот тянется за брюками, вот натягивает их…

И почему он не позволил ей вернуться домой? Зачем заставляет испытывать такое унижение, ждать, пока он оденется? Софи чувствовала, что вся горит как в огне, щеки наверняка сделались пунцовыми. Любой нормальный джентльмен избавил бы ее от подобных переживаний, позволил бы вернуться домой и запереться в своей комнате по крайней мере дня на три, пока сам не забудет об этой истории.

Но Бенедикт Бриджертон, похоже, не намерен сегодня вести себя по-джентльменски.

Стоило Софи пошевелить ногой, как он тотчас же крикнул:

– И думать об этом не смейте!

– Я и не думала! - возмущенно воскликнула она. - Просто у меня нога затекла. И поторопитесь! Что вы там так долго возитесь?

– Я одеваюсь, - насмешливо бросил Бенедикт.

– И специально так медленно, чтобы меня помучить!

– Вы в любой момент можете обернуться, - проговорил он. - Уверяю вас, что я попросил вас отвернуться, чтобы пощадить исключительно ваши чувства, а не мои.

– Мне и спиной к вам стоять неплохо, - буркнула Софи.

После нескольких минут, показавшихся Софи целым часом, вновь послышался его голос:

– Можете повернуться.

Софи заколебалась. Что, если он еще не оделся? Что, если решил продолжить над ней издеваться и просит ее повернуться, в то время как сам стоит голый?

Но ничего не поделаешь, придется рискнуть, решила Софи, понимая, впрочем, что у нее нет другого выхода. И она обернулась. К ее облегчению - и, что греха таить, разочарованию, - Бенедикт стоял вполне прилично одетый, лишь в некоторых местах на одежде виднелись мокрые пятна - там, где она прилегала к телу.

– Почему вы не позволили мне пойти домой? - спросила Софи.

– Потому что хотел, чтобы вы остались, - просто ответил Бенедикт.

– Но почему? - не отставала она. Бенедикт пожал плечами:

– Сам не знаю. Может быть, хотел таким образом наказать вас за то, что подсматривали за мной.

– Я вовсе не… - машинально возразила Софи и оборвала себя на полуслове: ну конечно, подсматривала.

– Вот и молодец, что не стали возражать.

Софи хмуро уставилась на него.