Леди Пенвуд обозвала миссис Фезерингтон гнусной воровкой в присутствии по меньшей мере трех великосветских матрон, включая весьма популярную в высшем обществе вдовствующую виконтессу Бриджертон!

Миссис Фезерингтон не осталась в долгу, сравнив дом леди Пенвуд с работным домом, где ее бедную горничную едва не уморили работой. Кстати, автор этих строк выяснила, что девицу зовут вовсе не Эстелла, как было заявлено ранее, а Бесс и что никакая она не француженка, а жительница Ливерпуля.

В ответ на обвинение леди Пенвуд демонстративно вышла из зала в сопровождении своей дочери, мисс Розамунд Рейлинг.

Вторая дочь леди Пенвуд, Пози, в зеленом платье, которое абсолютно ей не шло, осталась стоять, глядя на присутствующих виноватыми глазами, и стояла до тех пор, пока мать не вернулась и, схватив ее за рукав, не потащила за собой.

Автор этих строк с полной уверенностью может заявить, что леди Пенвуд и ее дочери не получат приглашение от миссис Фезерингтон на следующий званый вечер, который состоится в ее доме"".

""Светские новости от леди Уислдаун"", 7 мая 1817 годаСофи понимала, что не должна здесь оставаться

Это дурно, некрасиво.

Порядочные девицы так не поступают.

И не могла сдвинуться с места.

Найдя большой плоский камень, почти целиком скрытый невысоким, но раскидистым кустом, она уселась на него, не отрывая глаз от Бенедикта.

Он голый, абсолютно голый… О Боже, неужели она и в самом деле его таким видит?

Хорошо еще, что вода доходит ему до пояса, так что нижняя часть туловища скрыта.

А впрочем, к чему лгать самой себе? Не хорошо, а плохо. Лучше бы она доходила ему до колен.

О Господи! И о чем только она думает! Ведь она чистая, невинная девушка… Ну и что с того? Пусть она невинна, но она влюблена в этого мужчину.

Что плохого в том, чтобы помечтать: вот сейчас налетит порыв ветра, вода вспенится, отхлынет от нижней части туловища Бенедикта, и ее взору предстанет…

И она еще спрашивает себя, что в этом плохого? Да она просто испорченная, безнравственная девица, у которой нет ни стыда ни совести! Ну и что с того? Пускай она испорченная и безнравственная. Плевать!

Всю свою пока не долгую жизнь она вела себя осмотрительно и благоразумно.

Только один-единственный раз она послала осторожность ко всем чертям. Это было в ту ночь, когда она отправилась на бал-маскарад. Что это была за ночь! Дивная, волшебная, полная очарования и радостного ожидания свершения самых несбыточных грез. Так стоит ли постоянно жить с оглядкой? Может быть, еще раз поступить по велению сердца?

И Софи решила никуда не уходить, а сделать то, что ей хочется: остаться здесь и понаблюдать за Бенедиктом. А почему бы и нет? Что она теряет? Ничего.