Конечно, они с Бенедиктом уже были близки так, как только могут быть близки два человека, однако она все еще его стеснялась.

Бенедикт улыбнулся, развернул полотенце и, отвернувшись, сказал:

– Не бойся, я не стану подглядывать.

Глубоко вздохнув, Софи встала, чувствуя, что с этого момента начинается новая полоса в ее жизни.

Осторожно вытерев ее тело, Бенедикт принялся за лицо и, когда на щеках Софи осталось лишь несколько капель, наклонился и поцеловал ее в нос.

– Я рад, что ты здесь, - прошептал он.

– Я тоже рада.

Он коснулся рукой ее подбородка и, не сводя с нее глаз, прильнул к ее губам таким нежным поцелуем, что Софи почувствовала: он ее не только любит, но и боготворит.

– Я должен был бы дождаться понедельника, - сказал Бенедикт, - но не хочу.

– А я не хочу, чтобы ты ждал, - прошептала Софи. Он вновь поцеловал ее, на сей раз более страстно.

– Какая же ты красивая, - восхитился он.

Губы его нашли ее щеку, потом подбородок, шею, и с каждым поцелуем у Софи все сильнее подкашивались ноги, и когда ей уже показалось, что она больше не выдержит и рухнет на пол, Бенедикт подхватил ее на руки и отнес в постель.

– В сердце моем ты моя жена, - торжественно проговорил он, уложив Софи на одеяло.

Софи почувствовала, что у нее перехватило дыхание.

– После того как нас обвенчают, мы станем мужем и женой перед лицом Господа, - продолжал он, ложась с ней рядом, - но сейчас… - Голос Бенедикта стал хрипловатым. Приподнявшись на локте, он взглянул Софи прямо в глаза. - Но сейчас мы муж и жена перед лицом друг друга.

Протянув руку, Софи коснулась его лица.

– Я люблю тебя, - прошептала она. - И всегда любила. Мне кажется, я полюбила тебя еще до того, как узнала о твоем существовании.

Бенедикт наклонился, чтобы снова ее поцеловать, однако Софи остановила его:

– Нет, подожди.

Он замер всего в нескольких дюймах от ее губ.

– На балу-маскараде, - призналась Софи несвойственным ей дрожащим голосом, - еще перед тем, как я тебя увидела, я тебя почувствовала. У меня вдруг возникло такое ощущение, что вот-вот что-то должно произойти. И когда я обернулась и заметила, как ты стоишь и словно ждешь меня, я поняла, что именно из-за тебя я и приехала тайком на бал.

Бенедикт открыл было рот, однако вместо слов у него вырвался хриплый звук, и Софи поняла: Бенедикт сейчас не в состоянии говорить. Он весь во власти нахлынувших на него чувств.

– Я родилась только для тебя, - тихо проговорила она. - И только ради тебя я существую.

Бенедикт снова поцеловал ее, решив на деле показать то, что не сумел сказать словами. Он и не подозревал, что в состоянии любить Софи больше, чем он любил ее несколько секунд назад, а оказывается, это возможно.

Он любит ее! Любит сильно, страстно. И внезапно все стало легко и просто. Он любит ее - только это и имеет значение.