- Полина, это звучит эгоистично, - со слезами на глазах сказала мама. – Мне хотелось, чтобы ты обрадовалась за нас. А ты…

- А я плохая дочь, да, - дернула я плечом. – Сойдемся на этом.

Мне хотелось спросить у нее – а ты не думаешь, что раз Андрей так равнодушен к своим старшим детям, он будет любить твоего? Но промолчала. Иначе она точно будет считать меня законченной мразью.

- Я не говорила этого! Не передергивай!

- Но ты имела это в виду. Ты скрывала, что ждешь ребенка.

- Потому что ты была сама не своя! Я хотела тебя защитить!

- От чего? – холодно улыбнулась я. - Рождение ребенка – это всегда радость.

Почему ты решила защищать меня от этого? Потому что считала – я не приму эту новость. Мне это не понравится. Ты решила за меня. Или Андрей решил и внушил тебе. Это неприятно, мама. Я думала, ты мой самый близкий человек.

- Это ревность, - повторила мама снова. – Полинкин, я же сказала – ты всегда будешь моей дочкой. Моей малышкой."

"В ответ я лишь кивнула. Мне хотелось спросить у нее – а ты не думаешь, что раз Андрей так равнодушен к своим старшим детям, он будет любить твоего? Но промолчала. Иначе она точно будет считать меня законченной мразью.

Я промолчала, все еще пытаюсь переварить услышанное.

У меня будет брат или сестра. Это хорошо. Но… Почему я чувствую себя преданной?

- Обещаю, имя придумаешь ты, - зачем-то пообещала мама.

- Как думаешь, он согласиться назвать сына в честь папы? – вырвался смешок из моей груди. Мама так тоскливо вздохнула, что я замолчала. А, плевать. На все плевать.

Глава 10. Обида в моем сердце

Обида поселилась в моем сердце, и я не могла вырвать ее оттуда. Чувство одиночества захлестнуло с головой, и мне было страшно задохнуться в нем.

Казалось, меня оставляют все, кого я любила. И даже мама, даже мама будто становилась чужой.

Я не знала, как с ней разговаривать. И о чем. Наверное, в глубине души я была рада тому, что у меня будет брат или сестра. Но одна только мысль о том, что отцом этого ребенка будет Андрей, вселяла отвращение. Отчим затаился – вел себя нейтрально, но, видимо, только из-за беременности мамы. Я знала, что вскоре он нападет.

Весь день я пролежала в кровати, чувствуя себя физически истощенной. В ушах у меня были наушники, и я слушала любимую группу.

Музыка помогала мне прийти в себя. Склеивала разбитое сердце.

Никаких уроков, никаких репетиторов – все, на что меня хватало, была лишь переписка. Сначала с Лехой, который прислал фото Лорда. По его словам, пес все время грустил, почти не играл и плохо ел. Ветеринары говорили, что он все еще восстанавливается после операции, к тому же сказывается перенесенный стресс после потери хозяина.

«Не жалеешь, что взял его?» - спросила я парня, и он вдруг признался:

«Нет. Это же собака Димаса. У нас давно был уговор.