«Все, мне конец! Живой я отсюда не выйду, — убежденно подумала она. — И Аэлику не защитила и собаку не нашла… Хоть узнать напоследок, зачем им все это надо?» И Светлана распрямила спину, подняла голову и, насколько могла, твердо спросила:

— Зачем?

Дракон не торопился с ответом, он прошел мимо Светланы к внушительному шкафу, что-то поискал на его полках, достал пузырек темного стекла, открыл, принюхался, смешно поводя носом, кивнул своим мыслям. Взял стакан, капнул в него несколько капель из пузырька, добавил воды и слегка взболтал. После чего поставил глиняный стакан рядом со Светланой и приказал:

— Пейте.

Света, все это время с вызовом следившая за действиями дракона, напряглась: «Решил отравить? Вот так просто почти на виду у всех? Драконы… Ненавижу. Он серьезно думает, что я это добровольно выпью?!»

Светлана выпрямилась еще сильнее, вскинула подбородок, только пальцы судорожно вцепились в несчастный передник, и уже хотела высказать проклятущему ящеру все, что она думает о нем и его товарищах по виду, но не успела.

— Успокойтесь, мисс Ланнет. Это не яд, и я не собираюсь вас травить, — целитель сел на место и улыбнулся Светлане.

«Ага, так я и поверила!», — подумала Светлана, но вслух спросила, тоже вежливо оскалившись в ответ:

— Что же это, лорд Снуффорд?

— Я не знаю, кто и зачем добавил цикунию вам, мисс Ланнет, но если предположить, что кому-то в этом замке вы помешали, то нелишним будет принять вот это, — он кивком указал на стакан. — Универсальное противоядие. Моего собственного изобретения, — в глазах дракона промелькнули искорки довольства и гордости. Но Светлана не прониклась и принимать зелье не торопилась.

Целитель вздохнул и объяснил:

— Оно сведет на нет действие большинства известных ядов на несколько дней.

Пейте, мисс Ланнет, и я расскажу, зачем цикунию давали Аэлике. Остатки зелья заберете с собой, каждые три дня по три капли, если вдруг заподозрите, что вас пытались отравить, то разово пять.

«Действительно, так явно травить не имеет смысла, все же Молли знает, где я», — Светлана еще сомневалась, но любопытство уже заставило ее протянуть руку и взять стакан.

— Молли знает, что я здесь, и я всем скажу, что вы меня чем-то напоили, — на всякий случай сказала она.

Дракон кивнул, снова указав глазами на стакан в руке Светланы, и та, решившись, выпила все до дна.

«Опять трава», — чуть поморщившись, подумала Светлана и прислушалась к своим ощущениям. И… ничего. Она ждала головокружения, тошноты, судорог, да чего угодно! Но ни-че-го. Светлана взглянула на доктора. Тот улыбался ей. Тепло, открыто, по-доброму. Светлана смутилась и опустила глаза. И дракон начал рассказывать.

— Да, мисс Саммерс, Аэлике давали цикунию. Мы драконы, — менталисты, и прекрасно чувствуем эмоции друг друга.