На крыло не вставать, передвигаться пешком.

Начались поиски. Четверки расходились веером от края обнаруженной аномалии, отходили на определенное расстояние, возвращались и меняли вектор поиска. Когда смысла уходить и возвращаться не стало, перенесли лагерь вглубь аномальной зоны. Наконец, после еще двух дней поиска, руду, как и неприятности, молодые и горячие драконы нашли одновременно. Одна группа нашла выработку руды, а вторая встретилась с горным хищником и вступила в бой. Разошлись с миром, изрядно потрепав друг друга — горный козерог и четыре дракона без магии.

— Если здесь велись работы по добыче руды, должны быть и поселения, — рассуждал Ингвар, перевязывая раны горячих голов.

Драконы доложили, что действительно чуть в стороне есть поселение. Идти туда казалось ближе, чем возвращаться домой, и отряд алых драконов под предводительством Ингвара отправился туда.

* * *

Светлана рванула бусину и поняла, что проваливается в темноту. Хорошо, что она была на кровати, иначе обмякла бы безвольной тряпочкой на полу.

Но темнота расступилась и Светлана обнаружила себя стоящей в облике Ланнет перед фигурами в светлых одеждах, более всего похожих на греко-римские тоги.

— Здравствуйте… — сказала Света.

Да, она хотела встретиться с нанимателями. Но не ожидала, что их будет пятеро. Все же «боги» для нее было скорее абстрактное понятие, нежели кто-то конкретный.

— Здравствуй, душа, — поздоровалась одна из фигур.

Светлана предположила, что это была Богиня.

— Я выполнила, что вы хотели, — набралась храбрости девушка. — Злодей найден, Аэлика в безопасности и с ней все хорошо.

— Ты пришла за наградой? — спросила другая фигура, и Света подумала, что теперь с ней говорит мужчина.

Они все чуть светились, и оттого Светлана не могла разглядеть лиц, а голоса у них были похожие и какие-то бесполые.

— Да, вы обещали.

— Чего ты хочешь?

Света задумалась. Выбор для нее был непростой. Ее по-прежнему тянуло на Землю, хотелось оказаться в своем родном теле. Здесь же было ощущение, что она заняла не только чужое тело, но и чужую жизнь.

Но на Дарогорре были те, кто по-настоящему стал ей дорог — Ингвар и Аэлика. Расставаться с ними не хотелось.

— Я не знаю, — призналась она. — Я хочу уйти. И хочу остаться. Но мне кажется, что я не на своем месте.

— Ты боишься потерять тех, кто стал дорог, — озвучила ее мысли еще одна фигура. — Но расставание неизбежно. Мы вернем тебя на Землю.

Свете стало невыносимо тоскливо. Одно дело — знать, но надеяться на лучшее, и другое — когда надежду забирают.

— Я поняла, — сказала Светлана.

Она действительно поняла, что ничего в ее жизни не изменится. Она снова вернется в ту же точку своей не очень счастливой жизни и, скорее всего, ей не позволят даже помнить.