Тропинки оказались хорошо утоптаны, видно было, что гуляют по ним часто и много. Светлана немного расслабилась и перестала думать о том, что дракон хочет завести в самую чущу.

— Я рад, леди Балтороо, что вы так быстро поправились, — обратился лорд-дракон к наследнице. — Но не могу понять, почему вы не активируете артефакт. Вы же знаете, какая ситуация сложилась с прорывами тварей с изнанки. Вы можете помочь всем нам.

— Я верю, что мой дядя сделает все наилучшим образом, лорд Сьюппен. И признательна, что вы отправили драконов своего клана на патрулирование граней, — вежливо отвечала Аэлика.

— Всегда к вашим услугам, леди.

Пока шел этот обмен любезностями, Света снова ощущала зуд в черепе. На этот раз это было похоже, как будто в голове жужжит рой пчел.

— Мы можем вернуться, очень пить хочется? Слишком жарко сегодня! — сказала Света, заподозрив, что источник неприятных ощущений — назойливый дракон.

— Да, очень жарко, хотя солнце еще не в зените, — согласился лорд Сьюппен. — Скоро обустроят шатры и будет возможность отдохнуть в прохладе. Побудьте пока здесь, в тени, я принесу вам напитки.

Дракон галантно помог устроиться Свете и Аэлике возле раскидистого дерева, где молчаливый Ингвар расстелил для них захваченный плед, поклонился и ушел.

— Аэлика, а что ты скажешь про лорда Сьппена? — спросила Света.

— Его я тоже не слышу, — призналась драконочка

— И это странно, ведь амулетов-подавителей на нем нет, — вмешался в разговор Лисарт. Он достал откуда-то и предложил дамам фляжку с водой.

Светлана с благодарностью приняла ее.

— Спасибо, Ингвар, — сказала она. — Я рядом с этим драконом себя некомфортно чувствую, такое чувство, что он мне в голову пытается пролезть.

— Вряд ли у него получится, хотя говорят, что он очень сильный менталист. Даже сильнее дядя Вэрриона, — заметила Аэлика.

— А почему тогда не получится?

— Ну, я немного наложила защиты. И еще кто-то. И еще. В общем, устанешь распутывать все.

— Да? — Света была удивлена. Она знала, что создатели обещали спрятать ее мысли, чтобы она не выдала своей иномирности, но то, что ребенок постарался защитить свою няню, тронуло ее сердце.

— Да, я тоже постарался прикрыть тебя от чужого внимания, — Ингвар указал ей на брошку.

— Вы мои хорошие, — Света, растрогавшись, обняла мужчину и девочку.

Они сидели, скрытые огромным стволом дерева и не замечали, как в кустах творятся чары.

«Ишь, навесили защиты, не пожалели сил. А я вот так, потихонечку, да сквозь дырочку, да сквозь щелочку…» — Ведьма не пыталась напасть или вскрыть защитные плетения, окружающие няню наследницы, она чуть сдвигала нити силы, подныривала под них, сооружая маленькие лазейки, чтобы направить ведьминское проклятие точно в цель. Все, что ей требовалось — время и терпение.