– Лимит, – вдруг тишину нарушил низкий баритон.

Воздух накалился до предела, и послышались приглушенные голоса. Перешептывания. Я открыла глаза и увидела смеющееся лицо Леди. Она ликовала. Она была права. За меня дали наивысшую сумму. Меня продали.

И если я не сошел с ума, то я не понимал, что со мной творилось.

Я дал Лимит. Назвал максимальную цену, которую выставил клуб за эту девочку.

Ее увидел в тот момент, когда ширма отодвинулась, и в зале стало темно. А вот сцена наоборот стала подсвечиваться, явив нам девственницу. Я бы рассмеялся, осознав, в какое дерьмо вляпался, но не мог выдавить из себя ни звука.

Неужели такие еще существовали? Я впился взглядом в сидевшую на стуле девушку и не мог поверить глазам. Наверное, в виски намешали какой-то херни, иначе не мог объяснить происходящее со мной.

Впервые реагировал так на девушку. Да вообще на женскую особь.

Худенькая, но с налитыми дерзко вздернутыми грудями. Длинные ножки, острые коленки. И какая-то полупрозрачная тряпочка прикрывала ее. Но разве можно скрыть ее тело под этим лоскутком? Нет, нельзя. Поэтому не только я мог рассмотреть ее тело. Изящное, тонкое. Такое, которое легко переломить.

В горле пересохло. Член дернулся.

И все из-за ее глаз. Чистые, ясные, они смотрели в зал. Распахнулись после того как свет ослепил ее на мгновение. Какие же они большие. Цвет? Я не мог разобрать их цвет, но хотел узнать. Заглянуть, утонуть в них. И откуда это во мне? Что за болезненная одержимость прикоснуться к невинной девочке? Она разозлила меня. Еще ни одна женщина не вызывал во мне подобные ощущения. Словно нечто тугое, тяжелое упало в груди. Сердце ударилось о грудную клетку, выбивая попутно весь воздух из легких. И, пожалуй, я был не единственным, кто ощутил на себе ее чары. Чертова ведьма.

Тряхнул головой, борясь с дурманом. Бесполезно."

"Начались торги. Я прислушивался, присматривался. Парнасский, как и ожидалось, дошел почти до конца. Почему почти? Да потому что я первым прервал гонку, назвав стоп-слово в этой игре. Лимит за девственницу. Пожалуй, достойная цена, чтобы заглянуть в ее глаза.

Глава 8.

Свет на сцене погас, появилась ширма. Я так и не успела рассмотреть того, кто меня купил. Но это был не старик. Его я увидела. Старик был недоволен. Нет, он кипел от злости, плотно сжав тонкие сухие губы. Меня увели из-под носа костлявого мужчины с седой головой, и я впервые была рада, что на моей стороне пусть и такая призрачная удача.

Ко мне подошла Леди.

– Я же говорила, – усмехнулась она. – А теперь пойдем. Тебя будут ждать.

Ее слова меня не порадовали. То, что сейчас было, лишь цветочки. Самое сложное впереди.

– Кто он? – осторожно поинтересовалась я, поднимаясь со стула.

– У нас не называют имен, – чуть грозно отозвалась женщина.