Отшатнувшись от очередной странной статуэтки в виде переплетения каких-то замысловатых линий, я заметила то, что в дверях стояли несколько людей, и наблюдали за нашей битвой с разинутыми ртами. Значит, спасть меня не будут. Или Марат запретил. Во второе я верила. Испытывал меня или свою жену. Чертов манипулятор.

– А ну стой, сука! – взревела женщина и рванула вперед, выпуская когти как кошка. Я же не стала убегать. Что же, сцеплюсь с ней как положено, по всем правилам женского бойцовского клуба. Буду драть ее волосы, царапаться и кусаться. Я так не умела, но однажды видела то, как девчонки в школе дрались. Такое не забывается.

Жена Марата налетела на меня и повалила на пол. Стала бить, я же выставляла руки вперед, защищаясь. Но после очередного замаха, я сама влепила ей по плечу кулаком. Она удивленно ахнула, а после зашипела как змея.

– Я убью…

– Растащите их, – громогласный бас того, кого я уже не ждала, заставил женщину замереть на мне и уставиться уже на подбегающих двух охранников, которые стащили безумную кошку. Меня же держать не нужно было. Я не рвалась в бой.

– Отпустите меня! – она продолжала буйствовать, свирепо следя то за мной, то за тем, как Марат обошел раскуроченную мебель, остановился около меня. Подал мне руку.

Я перехватила его ладонь, не веря собственным глазам. Он дела это так, будто по-настоящему помогал мне встать. Но я училась читать между строк. Это было очередное показательное выступление. Для его жены, для охраны, удерживающей свирепую хищницу, для прислуги, по-прежнему стоящую в дверях. Он выбирал меня. Марат отличный актер, и я должна научиться играть также.

– Что ты творишь?!

– Эльвира, тебе лучше уйти, – его голос звучал сталью, режущей слух. – Не стоит закатывать сцену."

"Он только что устранил проблему. Проблему в лице своей жены.

– Я никуда не уйду! – она продолжала кричать и вырываться из крепкого захвата.

– Мы уже все обсудили, – проговорил Марат, поправляя мою задравшуюся футболку.

– Я не дам тебе развод! Не ради этой мелкой шлюхи!

– Увидите ее прочь, – приказал он охране, и ведьма дернулась, но поплелась за ними, продолжая сыпать проклятиями. Теперь они были в адрес Марата.

Он повернулся ко мне. Дотронулся до щеки, на которой была царапина, потому что кожу там жгло. Провел пальцем по губе, которую я прикусила, когда падала.

– Ты как?

– В порядке, – чуть слышно ответила, и изумленно ахнула, когда Марат резко поднял меня на руки и понес из гостиной. – Я могу идти сама.

Мужчина лишь усмехнулся.

– У нас зрители, – прошептал он. – Не дергайся. Давай порадуем публику.

Да, я была права. Марат ловко манипулировал не только моей жизнью. Все, кто его окружал, верили ему. Вот и сейчас я знала, что нас провожали пораженные люди, расступающиеся в коридоре.