Все эти годы мне казалось, что сильнее меня нет никого на свете. Как же я заблуждалась на этот счет. И сколько ещё меня ждёт сегодня открытий…

Багдасаров ласкает языком мои искусанные им же самим губы. Тянет вверх ночнушку и долго рассматривает меня голодным взглядом. Я хочу стыдливо прикрыться, но Ян не позволяет – валит меня на простыни и втискивается между моих ног, снова упираясь своей эрекцией мне в живот. Ведет языком по шее к груди, по очереди вбирает в рот соски, прикусывает их зубами, добавляя остроты. С протяжным стоном я зарываюсь пальцами в его волосы, прося еще, и жмурюсь от удовольствия.

Я уплываю.

Ян шипит, когда я в ответ царапаю ноготками его кожу на груди. Все так же не любит отметин на теле? Но тем не менее не останавливает меня, а лишь сильнее распаляет своими ласками и наслаждается моей реакцией. Я это чувствую. Потому что Ян дрожит так же сильно, как и я."

"Мне безумно сильно хочется его внутри. И немного стыдно за свою несдержанность. Ведь я давала себе обещание больше никогда не впускать Яна в свою жизнь. А сейчас готова допустить секс...

– Предохраняешься как-нибудь, Алёна? – Ян выразительно толкается бедрами между моих ног.

Я отрицательно качаю головой.

– У меня сбой в цикле, я на гормонах. Без понятия опасные дни или нет. Никаких сюрпризов не хочу, – предупреждаю Багдасарова, чтобы он не терял голову.

Даже несмотря на тикающие биологические часики беременность не входит в мои планы. Сомневаюсь, что и Янис хочет каких-то последствий от этой ночи.

– Я постараюсь, – затыкает мне рот поцелуем и заталкивает язык в самую глотку, отчего я снова теряю связь с реальностью и задыхаюсь от напора Яниса и того, как он при этом нежно мнет и гладит мое тело руками.

Господи, пусть Багдасаров и дальше не останавливается.

Словно подслушав мои мысли, Янис опять толкается в мою промежность эрекцией, имитируя, что трахает меня, и наблюдает при этом за моим лицом.

Его тело при этом такое напряженное, а мышцы красиво перекатываются под кожей.

Оказывается, мы оба на грани. И я не буду никого останавливать. Если Янис пришел, узнав правду и приняв произошедшее между мной и Слуцким несколько лет назад, то пусть все катится под откос. Я устала сопротивляться.

Сердце колотится как сумасшедшее от нежности и взгляда Багдасарова. На меня так ещё никто и никогда не смотрел. Будто он съесть меня хочет, но при этом боится причинить боль. Господи, Костя, ну зачем ты ему все рассказал? Ты же поклялся, что не будешь вмешиваться в наши отношения с Янисом. Ведь я смирилась с тем, что Яна больше не будет в моей жизни и почти убедила себя в том, что ничего ужасного не совершила. Но теперь понимаю, что это не так. Абсолютно не так. Потому что никто из нас не забыл друг о друге.