Твоя школа, Костя. Надеюсь, цветок не от тебя опылился?

– Да неплохо ты потыкался, Ян. На статью. Вот что мне с тобой делать?

– Что и обычно. Замнешь косяки, будто их и не было, да?

– Нет. В чем дело? – строго произносит Гончаров.

– А ты не догадываешься?

– Если ты определился и решил добиваться внимания девушки, то добивайся. Ко мне какие вопросы? Или помощь моя нужна?

Я пытливо смотрю Косте в глаза.

– А ты ее и так уже оказал. Разве нет? Вопросы у меня к тебе все те же. На которые я так и не получил ответов. С хера ли ты ей помогаешь? Как вы вообще с Алёной пересеклись? С какой стати она к тебе за помощью обратилась? Я уже и так прикинул в голове варианты, и эдак.

Ты ведь ничего не делаешь просто так. Либо личный интерес у тебя возник, либо рабочий. Третьего не дано, – озвучиваю допустимые варианты. – Подробности напомнить при которых человек ко мне пришел?

– Я помню, – говорит Костя, положив руки на стол. Всегда так делает, когда начинает злиться. – И что ты надумал? В чем у меня интерес?

Отодвигаю ноутбук к середине стола, чтобы ненароком ничего не сломать. Почему-то хочется крушить все вокруг.

– Личный – маловероятно.

Хотя симпатии с твоей стороны не исключены. Ты мужчина свободный и видный. Но у Шипиевой-Ковалевой тьма загонов на этот счёт. Поэтому вряд ли. С рабочим – тоже под большим вопросом. Какой тебе от нее профит? Вот и получается, что я концы с концами свести не могу. Но больше к личному склоняюсь. Правда, если так, то ты падлой будешь, Константин Сергеевич, – за моей спиной подобные вещи мутить. Может, прояснишь ситуацию? Девочку я обижать не хочу. А с тобой мы решим как-нибудь вопрос. Но если опять начнешь изворачиваться и молчать, то большие суммы продолжат слетать со счетов и Барзуков подвинет тебя в рейтинге богатых бизнесменов России.

– Угрозы в ход пошли? – предупреждающе вздыхает Гончаров, не сводя с меня утомленных глаз.

– Можно и так сказать. Если ты по другому не понимаешь.

– Рабочий у меня был интерес, Ян. Слуцкий в тюрьме, Кириянов в заднице и больше не конкурент для твоего отца, долги погашены, ты сидишь в кресле руководителя. Алёна в этом всем сыграла четыре года назад немаловажную роль. Не буду отрицать этого факта. Как и того, что она красивая, яркая девушка, которая в моем вкусе.

Но у нас с ней ничего не было и быть не могло. Я бы не стал делать подобных вещей за твоей спиной. Поэтому накручивать лишнего здесь не нужно.

– Но за моей спиной ты с ней общался и ей помогал? – уточняю я, теряя самообладание.

– Алёна обратилась ко мне за помощью, когда с братом приключилась беда, ей больше не к кому было пойти на тот момент. А мне захотелось ей помочь.

– Это на тебя не похоже.

– В тот момент сыграл роль уже личный интерес.

Из последних сил пытаюсь строить конструктивный диалог.