Черный внедорожник останавливается у двора и из него выходит Багдасаров. Открывает заднюю дверцу, доставая из салона какие-то пакеты и направляется к дому.

– Алён? – зовет меня Генрих, когда я долго не отзываюсь.

– Что? – звук его голоса заставляет меня вздрогнуть.

Заторможено перевожу на Неймана взгляд.

– Ты хочешь мне что-то сказать?

Боже… Как же всё это не вовремя. Будто назло. И что теперь делать?

27 глава"

"Обняв себя за плечи, я шумно выдыхаю. Нервы снова на пределе. Вовремя все произошло или нет, теперь уже не имеет значения. Нужно принять это как свершившийся факт.

Главное, чтобы ни одна из сторон сейчас не сказала друг другу лишнего и дело не дошло до драки. Потому как Нейману озвучить про свой выбор я ничего не успела, зато о своем прошлом многое поведала. Представление о том, кто такой Багдасаров и какую роль сыграл в моей жизни, Генрих имеет. Я была в растрепанных чувствах, когда плакала у него на плече и приоткрывала завесу своих тайн. Даже не знаю, плохо это или хорошо в данной ситуации, что он в курсе нашей связи с Янисом. На момент этого разговора я была уверена, что не позволю Багдасарову переступить черту. Считала, что мне не хватит духу открыть Янису правду. Нейман же оказался единственным из мужчин, с кем захотелось поделиться своей болью. Поэтому причинить ее в ответ – неправильно.

– Приехал Багдасаров, – глухо произношу. – Я не ждала его появления. Впрочем, как и твоего. Но хотела с тобой объясниться. Поэтому была так напряжена.

Нейман выглядит удивленным, только сказать ничего не успевает, потому что до нас доносится резкий стук в дверь.

– Извини, я сейчас вернусь.

Иду открывать Янису, чувствуя, как все дрожит внутри от волнения.

Ослабевшей рукой поворачиваю замки, щелчок звучит, как выстрел. Встретившись глазами с Багдасаровым, закусываю губу. Я очень соскучилась по нему и хотела увидеть. Правда не при таких обстоятельствах.

– Не отвлекаю? – спрашивает Ян, впиваясь в меня взглядом.

Желваки ходят по нахмуренному лицу. Багдасаров злится.

Увидел машину Генриха? Ну конечно, как её можно не заметить? Могу представить, что Ян успел себе вообразить на этот счет.

– Не отвлекаешь. Проходи, – отвечаю как можно спокойнее, но все равно паникую.

На Янисе простые синие джинсы и белая футболка.

Выглядит уставшим, под глазами залегли черные круги. Я ощущаю укол стыда, хотя, по сути, ни в чем не виновата. Ни перед одним из мужчин. Однако Генрих ехал к нам с Андреем из Питера черт-те сколько, чтобы сделать приятно, а Ян разгребал завалы на работе, чтобы тоже выкроить время и оказаться рядом. Мы с Андреем стали нарасхват. Даже и не знаю, как к этому относиться.

Заметив пакеты с известной маркой детских игрушек в его руках, едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза и не простонать в голос от отчаяния.