— Да говорите же!

— Он потребовал… меня.

Сердце пропускает удар. Какая-то часть внутри требует объяснений, но тихий голосок разума всё понимает. И когда Луиза сбивчиво принимается рассказывать, я просто молчу, чувствуя, как яд её слов проникает под кожу.

— Несколько дней назад его высочество прислал за мной ранним утром. Я думала, это как-то касается его размолвки с императором, но оказалось, что ему нужна была я. Он пригласил меня в спальню. Клянусь, я и подумать не могла… И даже не смогла ему отказать. Всё случилось так быстро. И вот уже какой день он требует меня к себе.

Я врала её величеству, но я больше не могу врать вам. Он пользуется мной, как дворовой девкой, удовлетворяет свою похоть и выгоняет прочь. И сегодня, когда мы столкнулись после очередной встречи, я поняла: лучше вы будете ненавидеть меня всю жизнь, зная правду, чем считать, что я достойна вашей доброты.

Каждое слово Луизы колом врезается в сердце. Я леденею без всякой магии, в то время как услужливое воображение подсовывает картинки их ласк и поцелуев. Представляю, как изящные пальцы Эмиля гладят её нежную кожу, как он покусывает её губы, как снимает платье.

Зажмуриваюсь на краткий миг, чтобы отогнать видения, раздирающие душу.

— Когда это началось? — хрипло спрашиваю я, уставившись на бриллиант обручального кольца на своём пальце. — Когда он в первый раз позвал вас?

— Три дня назад, — отвечает Луиза.

Перед глазами темнеет. Три дня назад на рассвете я уходила из постели Эмиля. Три дня назад я видела Луизу утром во дворце. Не хватает воздуха: судорожно пытаюсь сделать вдох, но на лицо будто наложили невидимую подушку. Нет, он не мог так со мной поступить! Это просто…

— Невозможно.

— Я резко отнимаю руки. Разум отказывается принимать новую реальность, в которой Эмиль снова предаёт моё доверие ещё более жестоким способом. — Я не верю.

Луиза прикусывает губы, по-детски шмыгает носом. Она пытается прикоснуться ко мне, чтобы утешить, но я отодвигаюсь.

— Простите, миледи, мне так жаль…

Тонкий батистовый платок ложится на колени. В углу вышиты инициалы Эмиля, заключённые в герб Хойеров. Сердце разрывается на части, когда я смотрю на кусочек ткани, убивающий меня не хуже императорского палача. Слёзы перемыкают горло, но я не хочу, чтобы Луиза видела меня такой жалкой.

Забиться в угол, спрятаться, уснуть и не проснуться — вот и все оставшиеся желания. Сжимая платок в руке, я поднимаюсь на ноги.

— Благодарю за честность, — тихо говорю я и, не глядя на съёжившуюся на скамье девушку, убегаю прочь.

Глава двадцать первая, в которой я бегу прочь

Следующие два часа я брожу по улицам Вейсбурга. Мила, сначала ходившая следом, пересаживается в коляску с поднятым верхом: мелкий дождь усиливается, превращаясь в ливень.