Мне нужно было только настроить баров и гостиниц и добывать золото своим способом.

— А что, в девяносто седьмом году нельзя было добраться до Доусона по-другому? — спросила она, осознав, каким благом является железная дорога, которая соединила побережье Аляски с ее внутренними районами.

— Был Белый перевал — еще один узкий проход среди гор и такой же опасный, еще была дорога по морю и по реке — через Берингово море и по Юкону.

Лилли слушала Джека, облокотившись на поручни и слегка развернувшись к нему, и чувствовала себя абсолютно свободно.

Она нашла не только будущего мужа, но и друга.

— Но ведь морской путь наверняка был гораздо легче и удобнее?

Он тоже непринужденно облокотился на поручни.

— Именно тогда он занял бы слишком много времени. К тому моменту, когда мы переплыли бы Берингово море, Юкон замерз бы до весны. А к весне Доусон был бы основан, и я лишился бы монополии на бары и дансинг-холлы.

Логичное объяснение. Объяснение делового человека. Глядя не на Джека, а на темную, шелковистую поверхность воды, Лилли сказала:

— Подруга, которой я вас представила, которая преподает в Доусоне, сказала мне, что меня не должны видеть разговаривающей с вами.

Она считает, что танц— и дансинг-холлы Доусона немногим лучше, чем.., чем…

— Она не могла заставить себя произнести слово «бордель».

Считается, что получившая хорошее воспитание молодая леди не должна знать о существовании борделей.

— Я прекрасно представляю, какое слово использовала ваша подруга, — сухо и, как всегда, насмешливо проговорил Джек. — Единственное, что я могу сказать в защиту своих заведений, — не все они попадают в эту категорию.

«Золотой самородок» — самый лучший дансинг в Доусоне, и номеров наверху там нет. По крайней мере таких, о которых думает мисс Бамби. — Он говорил правду. Монополией на такие номера обладала «Золотая жила».

Лилли затопила волна облегчения. Он был с ней совершенно откровенен, не извинялся за то, каким образом зарабатывает на жизнь, потому что нужды в подобных извинениях не было.

Она встретилась с ним взглядом.

— У меня есть еще одна подруга, — начала она, надеясь, что и в этом случае он успокоит ее тревоги, — Мариэтта, она не совсем обычная девушка.

Она твердо решила стать танцовщицей, и естественно, что после того, что рассказала мне Сьюзен — Вы волнуетесь?

Лилли кивнула В вечернем свете севера ее кремовая кожа казалась бледной, как слоновая кость, а иссиня-черные волосы отливали атласом. Интересно, подумал Джек, если их распустить, какой они окажутся длины? Усилием воли он заставил себя сосредоточиться на заданном вопросе.