Машина тащится со скоростью черепахи, но когда слышу с заднего сидения: «Замерзла, малыш?» — делаю все, чтобы ехать быстрее.

Ночь, метель, романтика и молодость. Кто бы поступил иначе? Не могу винить сына, но близок к тому, чтобы заорать: «Убери руки и просто дай мне спокойно доехать до твоего чертового дома!»

В зеркале заднего вида в свете фонарей отражаются белые длинные ноги. Адам водит по ее бедрам рукой, чтобы согреть. Пальцы движутся все выше и выше.

Прямо туда.

— Холодно? — громко спрашиваю я.

Я уже врубил обогрев сидений, печку и все, что только можно было.

— Все нормально, — отвечает Адам.

Да уж тебе, конечно, нормально.

Даже в скупом отражении вижу, как закаменела Саша. Как стиснула ноги, не позволяя Адаму зайти дальше. Но мой сын умеет быть настойчивым. Его руки скользят по ее телу под пальто, а губы касаются ее шеи.

В других обстоятельствах, я бы даже порадовался за него, но сейчас почему-то не могу.

Когда-то давно я также вез друзей с дискотеки, — тогда они еще назывались именно так, а не клубами, — и вот тогда с небывалой жадностью следил за происходящим на заднем сидении. Ведь по прибытию я присоединился к ним, но кто бы мог подумать, что по прошествии лет я превращусь в старого брюзгу, который будет так сильно против прелюдии на заднем сидении машины.

Я теперь как те бедные таксисты — должен просто смотреть на дорогу. И не думать. Не вслушиваться в шорохи. Не обращать внимание на ножки, которые она все-таки слегка расставила для него шире.

Все-таки смог. Мой парень.

Но лучше бы он этого не делал.

— Приехали! — громко возвестил я. — Приятно было познакомиться, Александра.

— Спасибо отец. Хорошего вечера!

— И тебе, — проскрежетал я в ответ, выезжая из сугроба. — И тебе.

Глава 5. Саша

На заднем сидении шикарного внедорожника Одинцова-старшего мне уж точно было не до заигрываний. Сначала я пыталась стряхнуть руки Адама со своих бедер, но намеков он не понял. Я же не могла вытерпеть этого при его отце. Особенно, если учесть, что сидела посередине и очень даже хорошо отражалась в зеркале, в котором иногда ловила сапфировый быстрые взгляды.

Но в какой-то момент Адам с силой, невзирая на мое сопротивление, все-таки раздвинул мои ноги. Я опешила от такого поворота и едва не наорала на него. Спасло только то, что мы уже приехали. Иначе я бы влепила ему пощечину прямо при отце, и тогда брела бы по сугробам в поисках попутки. А при моем нынешнем виде это чревато.

Моего недовольства Адам явно не понял. Тепло попрощавшись с отцом, он притянул меня к себе уже в лифте, стоило нам войти в новостройку, где отец на совершеннолетие купил ему квартиру.

Теперь мы были одни, и наконец-то можно было прояснить ситуацию, так что я отстранилась.