Может, дело в резких линиях или почти хищном взгляде, когда он смотрит исподлобья. Дёма другой. Его лицо более открытое, аккуратное и гармоничное. Для съемок в кино или дорогих глянцевых журналах.

— Ты мог бы найти себе новых друзей, — пытаюсь экстренно подобрать плюсы, перекатываясь с пятки на носок.

— Кто тебе сказал, что мне это нужно?

Длинные пальцы быстро отстукивают по клавиатуре. Аслан вроде бы здесь, со мной, но будто бы потерялся в виртуальном мире. Теперь я по-настоящему не знаю, как к нему подступиться, потому что проверенные методики Дины совсем не работают.

— Всем нужны друзья…

— Представь себе, есть люди, которым комфортно жить в одиночестве.

Я мягко усмехаюсь, потому что категорически с этим не согласна. Иначе бы мы не дружили в детстве. Есть вариант, что с годами люди меняются, но я его почему-то отбрасываю.

— Ты так говоришь, потому что пока не встретил своего человека, с которым будет комфортно проводить время вместе.

— Я уже сказал нет. Не пытайся меня переубедить — это бессмысленно.

Аслан продолжает увлеченно работать, всем своим видом давая понять, что мне здесь не место. Можно было бы признаться в споре с подругой, но я осознаю, что на самом деле хочу, чтобы он пошел на вечеринку.

Ясно, что прошло слишком мало времени после трагедии, но нужно выбираться из депрессивного состояния и учиться коммуницировать с другими.

— Ладно, я дам тебе время подумать.

Развернувшись, я иду на выход из комнаты, чувствуя предфинальное поражение. Спустя час Дина зовет нас на ужин, приготовив утку, салат, десерт и гарнир. Отца с нами нет — он на совещании, поэтому в гостиной нас только трое. Как и обычно, главным оратором выступает мачеха, я иногда поддерживаю разговор, а Аслан молча занимается едой и не роняет ни слова.

Когда напоминание на телефоне сигнализирует о том, что пора идти на занятие в соседнюю комнату, я смываю макияж, собираю волосы в пучок и выбираю скромную одежду. Не то чтобы Аслан пожирал меня глазами, но так гораздо уютнее в его присутствии, а позже — не мучают навязчивые флешбеки, от которых я только недавно избавилась.

Получив разрешение войти, я складываю на край стола тетради, цветные ручки, учебники, блокноты и рабочий планшет. Второе занятие не вызывает во мне былого приступа паники, но я всё равно переживаю.

Трудно сохранять спокойствие и уверенность, когда не хватает знаний, а от Аслана зависят мои оценки, финансовое благополучие и даже личная жизнь.

— Я чуть не уснула, пока дождалась назначенного времени, — слегка усмехаюсь, садясь на стул.

Запах моего геля для душа и цитрусового лосьона для тела перебивается мужской туалетной водой. Наученная горьким опытом, я ставлю стул подальше, увеличивая дистанцию и стараясь избегать лишних прикосновений коленями.