Потом подтянула к себе ноутбук и, открыв, застучала по клавишам. Лицо её было при этом очень сосредоточенным, а взгляд – серьёзным. Я в который раз поражалась, как мы с ней, совершенно непохожие, не разминулись после школы. При всей её видимой ветрености она не бросила меня ни когда я развелась, ни сейчас. Вот они, ярлыки…

– Всё. – Даша звучно ткнула в клавишу и посмотрела на меня.

– Что «всё»?

Стоящий в углу на столике принтер неожиданно зажужжал. Подруга ничего не ответила, только когда он, выплюнув лист, затих, подошла и забрала распечатку. Вернулась ко мне, протянула.

– Что это?

Даша не ответила. Так и держала протянутый лист и смотрела на меня с мрачной решительностью.

Выбора не было. Я взяла листы и, едва пробежавшись взглядом, мотнула головой.

– Я не пойду.

– Пойдёшь.

Её решительность не давала шансов, а я была слишком подавлена и разбита, чтобы противиться.

Даша забрала билет и положила на стол. Посмотрела на приподнявшую голову собаку, потом на меня и положила руку мне на плечо. До заключительного шоу олимпийской сборной России оставалось два дня, и билеты на него лежали на столе. Центральная трибуна, пятый ряд.

– Надо использовать все шансы, Карин. – Она погладила меня по плечу. – Жизнь очень короткая, чтобы тратить время на гордость и обиды. Потом выясните, кто был прав, кто нет. Сейчас вам нужно встретиться.

– Не хочу я уже ничего…

– Врёшь.

Я вздохнула. Вру. Конечно же, вру, хотя любить Сафронова я и правда ненавижу. Самовлюблённая заносчивая сволочь, вот кто он. А я… Я просто дура.

* * *Народа на стадионе собралось столько, что оставалось только поражаться. Чтобы попасть внутрь, пришлось отстоять в очереди вначале к рамкам металлоискателя, а потом и к входным дверям.

Я и подумать не могла, что фигурное катание настолько популярно! Даже на шоу в Питере было не так!

Пока мы толкались на входе, я несколько раз слышала, как рядом говорят о Кирилле. Многие пришли специально, чтобы вживую увидеть его на льду. Игрушки, цветы…

Заняв место на трибуне, я наконец выдохнула с облегчением. Дашка села рядом.

– И что? – спросила я её. – Если он вообще не прочитает? Ты посмотри, тут у каждого что-то с собой. И я уверена, что добрая половина – Кириллу.

Подруга обвела стадион взглядом.

Будто до этого не замечала, что в руках многие держали подарки для спортсменов. Как же, не замечала!

Я собрала ручки пакета, в котором принесла свой. Дурацкая затея. Безнадёжная.

Даша повернулась ко мне.

– И что? Для него – не для него… Прочитает.

– Ничего он не прочитает, – буркнула в ответ."

"Вспомнила нашу поездку в реабилитационный центр и гору игрушек, которые мы туда отвезли. Он даже не заглядывал в пакеты, уверена. Хотя открыток и записок с игрушками не было. Значит, кто-то их забрал. И, может, передал ему.