Я видела похожие в парке и во дворе у знакомых. Явно недешевое удовольствие.

– Да, недорого, – отмахивается Глеб. – Это двести пятьдесят тысяч плюс доставка и монтаж. А вон тот – альпинистский – подороже. Пол-ляма.

– Полмиллиона? – смотрю на мужа, не скрывая ужаса. – Это же как часть квартиры…

– Вполне возможно, – пожимает плечами Глеб. – Но нам нужна не квартира, а комплекс. Ты же сама просила…

– Это очень дорого, – шепчу, мотая головой. – Тратить такие деньги на ребенка недопустимо. Она еще маленькая и не понимает… Но это путь к вседозволенности, Глеб. И я против…

– Я, конечно, могу сбить цену, – пожимает плечами муж.

И заметив мой открытый от изумления рот, пускается в пояснения. – Они делают хорошую скидку от пяти комплексов. Так каждый стоит по двести пятьдесят, а если купить сразу пять, то всего лям выйдет…

«Всего лям! – ужасаюсь я. – Лям! Всего! Мать вашу, сколько же должно быть денег у человека, чтобы лям казался «всего»!»

Закрываю глаза, пытаясь хоть как-то совладать с собой.

– А зачем еще четыре? – охаю обалдело.

– Ну как, – вздыхает Глеб. – Один нам для Аси. А остальные развезем по окрестным деревням.

Там в скверах поставим. Пусть дети тоже играют.

– А разрешат? – интересуюсь удивленно.

– Конечно, – кивает муж. – Мы тут нескольким поселкам помогаем. Дорогу с Костькой Исаевым провели на пару. Когда к нам газ тянули, еще несколько деревень газифицировали…

– Волшебство, – улыбаюсь я.

– Благотворительность, – пожимает плечами муж. Хочет что-то добавить, но в кармане начинает звенеть сотовый.

Глеб с удивлением всматривается в незнакомый номер. Нажав на зеленую трубку, отрывисто бросает «слушаю».

– Бро, ­– раздается хриплый бас. – У нас неприятности.

Короче, у наших умников ты единственный подозреваемый. Жена и кто-то из близких могут подтвердить алиби?

– Думаю, да, – неуверенно тянет Глеб. Порывисто садится на постели. Но мне и без того слышно каждое слово.

– На тебя вешают Принца. Типа из-за наследства и личных побуждений.

– Я говорил с Верой. Брак был формальным…

– У нас другие данные, бро. Поэтому вызывай адвокатов. Пусть хоть ночуют у тебя, что ли? Поговори с Марфой и с женой. Без них не справимся. Если что, я сам наберу…"

"– Перестраховщик хренов, – подскакивает с кровати Глеб, тихо ругаясь.

Широкими шагами пересекает спальню и, остановившись у широкого французского окна, замирает, словно памятник.

Аккуратно сажусь на постели. Пытаюсь сообразить, как лучше поступить… Уехать в город и навсегда забыть об Агурском. Если Стелла права, то Принца убили по приказу Глеба. От страха трясутся руки и ноги. Обнимаю саму себя.

Глеб не мог. Он, вон, дороги прокладывает. Дома газифицирует и ставит детские площадки. Такой человек не станет убивать родственника ради наследства. Чушь какая-то.