– Брак оформили задним числом. Принц как раз привез мне документы, когда ты заявился.

- Не понял, - рычу, придавливая бывшую взглядом. – Это как?

- В любом ведомстве пропускаются лишние строки. Это же бизнес, Глебушка. Раньше оставляли в гроссбухах, а теперь в программе задваивают данные. А потом правят задним числом. Выдают за сбой программы… Заново перепроводят базу.

- А документы?

- Бланки сохраняют специально…

- Бред, - мотаю я головой и от всей души желаю Феликсу разобраться во всех хитросплетениях.

- Очень дорогой бред, - согласно кивает Вера и добавляет жалостливо.

– Я поеду, Глеб. Мне сегодня на работу.

- Хорошо, - поднимаюсь из-за стола. Провожаю до двери, по привычке подавая пальто.

Еще с минуту стою у окна, наблюдая, как Вера садится в мою машину, а затем словно мальчишка несусь наверх.

«Совершенно чужая женщина, - думаю, перепрыгивая через ступеньку. – Почему же я только недавно это понял. Спал с ней несколько лет… И представлял на ее месте Анечку!»

Влетаю в спальню, мечтая обнять жену и тут же натыкаюсь на ее недовольный взгляд.

- Эта женщина приезжает сюда как на работу, - заявляет Анечка недовольно.

– Какие у тебя с ней дела?

- Кто-то плетет заговор вокруг меня. И Вера к нему причастна…

- Вселенский? – усмехается жена, отходя в сторону.

- Что? – рявкаю не понимая.

- Заговор, - хмыкает она и когда я пытаюсь обнять раздраженную девчонку, отходит в сторону. – Не прикасайся ко мне. Будь добр… Ты привозишь в дом любовницу и думаешь, я с этим смирюсь…

- Аня, пожалуйста, - прошу, пытаясь сохранить спокойствие. Но черта с два у меня это получается. В полшага оказываюсь рядом. Притягиваю жену к себе и, накрыв ее губы поцелуем, пытаюсь хоть немного отвлечься от навалившихся проблем.

Но только мой язык вторгается в рот, как Анин локоток протискивается между нами. Давит острием мне в грудь.

- Отпусти, Глеб! – негодующе просит жена. – Ты – циничная наглая скотина. Но, пожалуйста, оставь меня в покое!

- Аня, разговор в кабинете не является преступлением, - снисходительно объясняю я. Но тут же натыкаюсь на уничижительный взгляд.

Честно говоря, негодование жены меня заводит. Рассерженная Анечка похожа на тигрицу.

«Ревнует, значит любит, - вспоминаю глупую поговорку и, не обращая внимания на гневную отповедь, сгребаю жену в охапку.

- Аня, Анечка, -шепчу, целуя лицо. – Верь мне, девочка…

Малышка обмякает в моих объятиях. Кулачки бессильно бьют по предплечьям. А потом удары и вовсе переходят в поглаживание.

- Кто вставать разрешил? – спрашиваю сердито и, подхватив жену на руки несу в постель. Аня не сопротивляется. Лишь прижавшись ко мне, кладет голову на плечо.

- Мне страшно, Глеб,- признается устало. – Я не понимаю, что происходит."

"- Мы вместе и это главное, - шепчу на ухо любимой расхожие истины.