Я прикусываю нижнюю, пытаясь в очередной раз понять, возможно ли такое.

— Мы с мужем предохранялись, — выдаю, уже ни в чем не уверенная. — Я не знаю.

— Давайте я дам вам тест, на всякий случай. Если мы ошиблись, я вызову дежурного врача. Здесь без консультации выдают только аспирин и парацетамол.

Глава 1. Тонкости скоропалительного развода

Маша

— Ты должна мне целую жизнь, Маша… — тёплые ладони Исаева опускаются на мои дрожащие плечи. Сдавливают их, вынуждая сосредоточиться на хриплом шёпоте в затылок. — Попробуй откажись и увидишь, на что я способен…

Я ёжусь, прикрывая глаза, словно под влиянием гипноза. Силы враз покидают меня. Настолько паршиво себя чувствую, что хочется сдохнуть.

Паника во мне набирает новые катастрофические обороты, кипит и взрывается, но по какой-то неведомой мне причине вырваться наружу не может. Подскакивает к горлу и откатывает назад. И так несколько раз подряд. Словно внутри меня заклинило какой-то сложный механизм. Даже мысли о сгоревшей кофейне начинают напоминать туман.

В какой-то момент перестаю ощущать чужие губы на затылке, и, наконец, прихожу в себя.

В судорожно сжатом, побелевшем кулаке несколько скомканных фотографий с места пожара. Руслан пытается их отобрать, мягко разжимая мои пальцы. Я подчиняюсь. Роняю смятый глянец на пол, оборачиваясь к нему. Наши взгляды встречаются, провоцируя в груди новую вспышку ядерного взрыва.

— Я тебя не боюсь, — сипло выговариваю слова, а в ушах стоит звон. Дыхание снова срывается. Не от того, что бедром чувствую его каменный стояк. Всё зашло слишком далеко. Перестало напоминать игру. Превратилось в жестокую реальность. — Ты мне ничего не сделаешь. Соглашение на развод с мужем подпишу, потому что я бы всё равно это сделала. Брачный договор подписывать не стану. Хоть убей. Я не сумасшедшая, чтобы связывать с тобой свою жизнь. Я знаю, чем заканчиваются такие браки.

— И чем же? — подавшись вперёд, Исаев прижимает меня к столу, нависая нерушимым монолитом. Его горячее дыхание обжигает макушку.

Сглатываю, в то время, как моё застревает где-то в горле.

— В лучшем случае меня закроют в психушке… — выдавливаю слова, испытывая очередной мандраж.

— А в худшем? — пальцы Руслана обхватывают затылок, блокируя возможность отклониться назад.

— Найдут в каком-нибудь дешёвом борделе… без признаков жизни… — закончив излагать шокирующие домыслы, прерываюсь на короткую паузу, замечая в его глазах вспыхнувшие задорные огоньки.

— С фантазией, Машенька, у тебя полный отстой. Может, добавишь ко всему сказанному расчлененку?

— Ты псих? — срывается в сердцах.

На мой вопрос Исаев отвечает лишь громким, заливистым смехом. Через секунду перед моим носом материализуется протянутая мне ручка.

— Держи, фантазёрка.