– Слыш, чика, может, пойдем с нами, раскумаримся, а? Вставит, отвечаю!

У меня стоит дикий шум в ушах.

Я снова думаю о том, что все это происходит не со мной.

Просто НЕ СО МНОЙ!

– Шубка теплая, дай пацану погреться!

Я пытаюсь подняться, вцепившись пальцами в стену. Один из парней протягивает ко мне руку, хватает за плечо.

– Не спеши, милая. Потолкуем.

Я в ужасе стараюсь его оттолкнуть, он пихает меня так, что я подаюсь вперед, падаю грудью на другого парня, тот прихватывает меня, сминая, лапает грудь и толкает в руки третьего.

Это ужас.

Они начинают перекидывать меня друг другу, как мячик, игрушку. Трогают мерзко, грязно…

И ржут так дико, противно…

Мне очень страшно. Я понимаю, что надо что-то делать, но что? Звать на помощь? Вокруг ни души…

Я начинаю отбиваться, молочу руками, стараясь попасть по их мордам. Видимо, сначала их это забавляет, потом…

Потом один повторяет «подвиг» моего мужа.

Хорошенько мне «засвечивая» в глаз.

Господи, меня раньше никто никогда не бил! Ни разу! Родители в детстве пальцем не тронули! А тут… за один вечер я получила дважды…

Пытаюсь прикрыть лицо и получаю третий удар…

– Снимай шубу, курва! И сумку давай!

Тот первый, что заговорил со мной, сейчас с силой хватает за воротник. Я чувствую, как манто слетает с меня.

Сумку срывает второй.

Я в каком-то отупении смотрю, как они копаются в ней.

Мелькает здравая мысль. Конечно, надежды нет, но…

– Паспорт, пожалуйста, отдайте…

– Рот закрой, рамсы попутала?

Тем не менее один из них швыряет паспорт мне под ноги.

Внезапно я слышу шум – едет машина, вижу, как меж деревьев сверкают проблесковые маячки – полиция!

Я что есть мочи ору:

– Помогите! Помогите! Спасите! Грабят!

Бандиты, которые тоже видят патруль и которым явно уже не до меня, все-таки напоследок хорошенько прикладывают меня об стену.

– Заткнись, сука!

– Валим, пацаны."

"Меня снова толкают, так, что я падаю прямо на грязный асфальт, сильно приложившись коленкой и бедром.

Мне так больно и так дико, что нет сил звать на помощь, я тихо лежу на тротуаре и подвываю…

Господи, меня не убили! Сейчас мне помогут!

– Эй, гражданочка?

– У… попала красавица… Она под кайфом явно. Забираем, посидит в обезьяннике, подумает о делах своих грешных…

Глава 2

Карцер? Камера? Обезьянник?

Понятия не имею, где я.

Меня привезли в отделение – или как это называется, я не знаю. Посадили в некое подобие камеры – каменные стены, куцее зарешеченное окошечко и решетка вместо двери.

Я видела такие в кино.

Точно, их называют обезьянник…

Сижу на лавке. В полной прострации.

Они ведь даже ничего не спросили! Только… паспорт отобрали!

А в паспорте…

В паспорте лежит та самая заветная карточка. Моя. Личная. О которой не знает Антон. На ней порядка двухсот тысяч.